— Вы звонили, миледи?
— Мне нужна твоя помощь, Софи. Я уезжаю.
Зеленые глаза девушки расширились.
— Сейчас? В середине ночи, миледи?
— Поднимись наверх и разбуди миссис Гарви. Скажи ей, чтобы она одевалась. Мы немедленно уезжаем. Пусть соберет сумку для себя и Джереда. Скажи еще, чтобы ждала меня внизу у двери, ведущей в каретный сарай.
Осознав серьезность намерений хозяйки, Софи выпрямилась.
— Как будет угодно, миледи.
— Когда справишься со всем, ступай на конюшню и скажи мистеру Хоббсу, чтобы приготовил мою карету.
Малую. Только пусть он не подгоняет ее к парадному входу. Скажи, я сама к нему приду.
Софи уже повернулась, чтобы бежать исполнять поручения, когда Элизабет крикнула ей вдогонку:
— И никому больше не говори о моем отъезде!
Маленькая горничная все поняла и, сделав торопливый книксен, бросилась к двери. Она и сама недолюбливала Мейсона Холлоуэя, хотя никогда этого не говорила. К моменту возвращения горничной Элизабет уже оделась в простое черное шерстяное платье.
Ее волосы были собраны на затылке в тугой узел, и под подбородком завязаны ленты безупречной черной шляпки.
— Помоги мне с последними пуговками, — попросила Элизабет горничную, поворачиваясь к ней спиной.
Когда все было готово, Элизабет сняла с крючка рядом с дверью черную шерстяную шаль и накинула себе на плечи. Даже от столь незначительного усилия ее качнуло.
Софи в тревоге бросилась к хозяйке:
— Миледи!
— Со мной все в порядке. Обещай только, что до утра никому ничего не скажешь.
— Конечно. Можете довериться мне, миледи. Умоляю, будьте осторожны.
Элизабет улыбнулась, тронутая преданностью девушки:
— Я буду осторожна.
С сумкой в руках она направилась к лестнице для слуг и вскоре оказалась у двери, ведущей на конюшню. Там с двумя небольшими сумками и Джередом стояла миссис Гарви. На Элизабет взглянули его большие обеспокоенные карие глаза.
— Куда мы едем, мама?
До последнего мгновения Элизабет и сама толком не знала, куда она отправляется.
Теперь, посмотрев на сына и почувствовав очередной приступ головокружения, она поняла, что должна делать.
— На встречу со старым другом, — сказала она, моля Бога, чтобы в уголке его сердца еще сохранилась хотя бы малая толика прошлых чувств.
Глава 3
Тяжелый стук в дверь вывел Риса из состояния сна. Нахмурившись, он свесил ноги с высокой кровати и заставил себя встать. Пока надевал шелковый темно-синий халат, стук повторился.
