— Еще одна остановка, — сообщил Рис, когда, увешанные покупками, они подходили к экипажу.
— Полагаю, у меня есть все. Теперь тебе что-то нужно?
— Нет, тебе.
Рис втащил ее в дверь узкого магазинчика и повел вдоль рядов с шелковыми панталонами с оборками, розовыми корсетами на китовом усе и шелковыми чулками всех расцветок, пока они не оказались перед вешалкой с дорогими французскими ночными сорочками и бельем. Элизабет стоило большого труда, чтобы не спросить, откуда он знает о существовании этого магазина.
В конце концов, Рис мужчина, а не мальчик.
Думая о предстоящей ночи, она надеялась, что сумеет доставить ему удовольствие. От мысли, что, неудовлетворенный, он может развлекаться с другими женщинами, ей делалось дурно.
Тем временем Рис выбрал для нее ночную сорочку сиреневого цвета. Она представляла собой небольшой лоскут атласа, отороченный кружевом, едва способный прикрыть бедра.
— Сегодня я хочу видеть тебя в этом.
У Элизабет зарделись щеки.
— Но я не могу…
— Не стоит беспокоиться, любимая.
Тебе недолго придется в ней красоваться.
Ее обдала волна смущения. Она не могла представить себя в белье столь непристойном. С другой стороны, она его жена, и раз ему это нравится, то какая разница? Откровенная ночная сорочка и другие вещи, что он купил ей, включая корсет последней моды, действовали на Элизабет возбуждающе при мысли, что все это она наденет для Риса.
Щеки ее все еще горели, когда они вышли из магазина и Рис помог ей сесть в карету. Внизу живота разливалось жидкое тепло.
Сегодняшняя ночь обещала быть не страшной, а скорее наоборот — волшебной.
«Скорее бы наступила ночь», — подумала она, когда Рис опустился на сиденье с ней рядом.
Несколько часов спустя Рис сидел в библиотеке за широким резным столом из орехового дерева. Плотные серые облака, видимые сквозь стекла окон под потолком, свидетельствовали о приближении грозы. Далекие вспышки молний то и дело озаряли оконные рамы, хотя грома еще не было слышно.
Перед ним стояла коробка с хрустальной лошадкой — подарок для Джереда.
Рис предложил Элизабет самой вручить сыну вещицу, но она отказалась.
— Это твой подарок. Ты и должен его вручить.
Наверное, она права. Мальчику нужен был отец, и он взял на себя эту миссию, хотя никогда об этом не мечтал.
Рядом с коробкой лежали письма из Лондона, полученные после обеда и ожидавшие его возвращения в Холидей-Хаус. Одно было от полковника Томаса, предложившего встретиться в одиннадцать утра следующего дня. Второе — от Ройяла.
