Следующим утром дети просыпаются с первыми лучами солнца: сбитый из-за дороги режим дает о себе знать.
Едва разлепив глаза и проведя утренние процедуры, я шарю по шкафчикам и холодильнику в поисках подходящей воды, но нахожу лишь газировку и пару бутылок вина.
Идеальный набор для матери младенцев. С грустью взглянув на бутылку, я убираю ее обратно в шкаф.
Отличное начало дня.
Глубоко вздыхаю, беру детей за руки и отправляюсь в семейный ресторан, где должны быть смеси и детский уголок.
Но ресторан оказывается закрыт.
С горем пополам мы добираемся до ресепшена, и я сразу подхожу к стойке.
— Здравствуйте. Мне нужно приготовить смесь, а у нас в номере осталась только газированная вода и вино. А ресторан закрыт
— Да, ресторан работает с восьми. Вы можете использовать воду из-под крана, — говорит администратор. — У нас в отеле чистая вода.
— Я не буду использовать воду из-под крана. В любом случае ее нужно сначала сначала вскипятить, а потом как-то остудить, на это уйдет уйма времени. Дети голодные.
— Хм.
Одну минуту, — девушка берет трубку и делает звонок, рассказывает о проблеме. — Ресторан сейчас откроют. И вам в номер принесут бутилированную детскую воду.
— Спасибо.
Я обреченно закрываю глаза, представляя обратный путь от ресепшена до ресторана. Нужно было прихватить коляску.
— Вам помочь? — спрашивает девушка. — Давайте я кого-нибудь позову.
— Все в порядке, я сейчас позвоню няне. Если смогу до нее дозвониться, конечно.
Рабочий день Нади начинается в десять, и обычно ни минутой раньше.
Спать хочется адски. Если закрою глаза, то вырублюсь прямо тут.
Мы с мальчиками отправляемся в бесконечное путешествие в соседнее здание, и когда до цели остается буквально метров десять, дверь ресторана открывается, и навстречу нам выходит Давид.
С бутылками воды в руках. И обеспокоенным выражением лица.
Вот блин.
Совместный завтрак начинает входить в привычку.
Глава 12
— Привет, — выпаливаю я Давиду, позабыв о субординации.
— Привет, — отвечает он.
Я пытаюсь скрыть волну дрожи, глаза впечатываю в землю, потом на него резко поднимаю.
Задерживаю дыхание. Смущение такое сильное, словно мы на свидание. Словно передо мной — Адам.
Боже.
Сколько смущения. Давид как будто мешкает.
Потом говорит:
— Сейчас.
Поспешно возвращается в ресторан, чтобы через пару секунду появиться с пустыми руками. Подходит ближе.
— Давай я помогу.
Давай…
— Спросонья забыла, что здесь большие расстояния, и не взяла коляску.
Он запросто подхватывает Ромку на руки.
