Я же не уточняла, на какое именно рандеву пойду. Хотя точнее было бы назвать это шпионским заданием. Но я же девушка, а не тайный агент. В конце концов, могу позволить себе и перепутать. Или того лучше – совместить!
Дедуля, который втайне мечтал спихнуть… вернее, выдать меня замуж в счастливую брачную жизнь, поджал губы.
– Демонова манипуляторша! – проворчал он, но уголок рта дрогнул. – Ладно. Но только если целитель не станет снова впаривать мне свои ""чудо-мази"" за бешеные деньги.
На том и сговорились.
После ужина мы устроились у камина.
Ирпур читал вслух старую книгу о приключениях погонщиков драконов, а я возилась с плетением для оповещательного дверного артефакта. Предыдущее хоть и не совсем еще истаяло, но я решила его подновить и добавить на всякий случай «сюрпризов» для непрошеных гостей.
Паранойя оказалась такой заразительной. И подцепила я ее, похоже, от Вирсента.
Когда часы пробили десять, я помогла дедуле подняться в спальню. Его кресло-коляска поскрипывало, когда мы вкатились в комнату.
– Спокойной ночи, – шепнула я, поправляя на Ирпуре одеяло.
– И тебе, сорванец. – Он потрепал меня по плечу, но вдруг стал серьезен. – Ты уверена, что у тебя все в порядке?
Вот ведь… Выждал-таки момент! А я-то уже было успела расслабиться и решить, что пронесло.
Я сделала самое невинное лицо:
– Просто устала. Завтра высплюсь – и буду как новенькая.
Ложь далась легче. Сказывался опыт. Но когда я осталась одна в своей комнате, маска рассыпалась."
"Список подозреваемых лежал на столе.
Я погасила магический светляк. В темноте было не видно ни зги. Но имена продолжали гореть у меня перед мысленным взором: Стэфан, Норис, Фоуз, Маффир, Грымза… Кто-то из них спал сейчас мирным сном. А кто-то, возможно, ворочался, прислушиваясь к каждому шороху, как и я.
Глава 9
Я легла спать с тревогой, свернувшись калачиком под одеялом. Думала, буду ворочаться, метаться по постели, пытаясь догнать дрему, но нет. Усталость взяла верх – сознание быстро утонуло во сне, словно к нему привязали тазики с цементом и скинули с моста в реку.
В ней, непроглядной, вязко-черной, я плыла, пока мгла вокруг не стала редеть и я не оказалась на улочке. Она была знакомой мне еще с детства. Вымощенная серыми булыжными камнями, с домами, которые стояли с обеих сторон так близко, что меж их окон были натянуты веревки, на которых в солнечную погоду хозяйки вешали белье.
Вот там, через два десятка шагов, пекарня тетушки Мо, а еще дальше – скобяная лавка.
