И мне хотелось повернуть время вспять, чтобы она снова не пережила того ужаса, который выпал на ее долю. А когда я увидела свою мать, поседевшую и осунувшуюся спустя год моего плена, это выбило меня из колеи сильнее того, что мерзавец сотворил из меня монстра. Константин не стал отказывать мне в моей просьбе. Видимо, он опасался, что я сломаюсь еще больше, если лишусь матери.Помню, как маму привезли в особняк Константина, и она увидела меня. Как мы плакали и не могли оторваться друг от друга. Как мама гладила мое лицо, не веря, что это действительно я.
Она понимала и чувствовала, что во мне что-то надломилось и разбилось вдребезги, но боялась спрашивать, что было со мной, дабы не бередить раны. Но когда пришло время показать ей, кем я стала, то боялась, что мама не примет и отвернется от такого чудовища.Но оказалось, маме все равно, что ее единственная дочь должна с некоторых пор питаться сырым мясом, а еще покрывается чешуёй и становится доисторической ящерицей. Хотя я помню ее шок и недоверие, но вопреки опасениям она, как уверял меня Константин, нашла массу положительных сторон таких метаморфоз.
А затем мама задалась целью вызволить меня из пучины посттравматического синдрома. Я боялась оборачиваться, летать, стать монстром и начать убивать. Все эти страхи усугублялись на фоне моих кошмаров. Разговоры мало помогали, а преодоление себя и препараты. Лишь время и забота родного, самого близкого человека на свете могли мне помочь.Сейчас, смотря на маму, которая спорила с Константином, я поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы она была со мной бесконечно долго и не оставляла одну на этом свете.
Я быстро проглотила ком в горле и подбежала к маме, чмокнув ее в щеку и крепко прижавшись к ее теплому телу. Она тоже обняла меня. Если бы только женщины могли обращаться в дракониц! Не знаю, что со мной сделал тот ублюдок, но моя мама этого точно не переживёт. Поэтому я хочу проводить с ней как можно больше времени.Отстранившись, я перевела взгляд с мужчины на мою маму и никак не могла взять в толк, что же могло ее так расстроить.
— Доченька, — тут же проговорила мама и усадила меня за стол, пододвигая тарелку с блинчиками.— Мама, почему ты не позвонила? Я встретила бы тебя, — спросила я и отправила кусочек блинчика с мясом в рот.Напряжение между дорогими моему сердцу существами никуда не делось. Мама так и продолжала воинственно посматривать на моего наставника.— Рейс перенесли, а я не хотела тебя беспокоить.
