Похоть простреливает пах молнией, дикое желание ебать её узкую скользкую дырку пробивает крышу. Перед глазами красные круги расплываются.
- Не надо!
- На экран смотри, я сказал!... И ноги расслабь.
Будто бы слушается. Позволяет моему колену раздвинуть бедра и, зажмурившись, утыкается лбом в матрас. Возможности для маневра моей ладони становится больше, чем я незамедлительно пользуюсь.
Делаю то, чего не делал последние лет десять - пытаюсь доставить девчонке удовольствие. Забив на максимальный дискомфорт в штанах, концентрируюсь на подаваемых её телом сигналах.
Скользя пальцами вдоль промежности, подушечкой среднего мягко массирую чувствительную точку.
Пусть, сучка, кончит под уродом. Даже тупые качки в курсе, где находится клитор.
Замерев, дышит шумно и часто. Я, напротив, не могу сделать вдоха.
- О, Боже!... - выстанывает продолжительно, отчего мои яйца едва узлом не завязываются, - Боже... Вот так!... Да!
Делает движение тазом, насаживаясь на мою ладонь. Содрогается всем телом, стискивает её бедрами и кончает!"
"Я, чувствуя спазмы её промежности, инстинктивно втыкаюсь пахом в её маленький упругий зад и едва не ловлю приход.
Ощущения, будто я в ней, настолько реальны, что мне приходится приложить усилия, чтобы не упустить последние нити контроля.
Прижимаюсь губами к её виску и терпеливо жду, когда она придет в себя. Жду и предвкушаю.
Постепенно её дыхание выравнивается, ресницы трепещут, и глаза открываются.
- Спасибо, ты можешь идти, - вдруг шепчет на одной ноте.
- Не за что, дорогая.
Мы же семья. Ты всегда можешь рассчитывать на мой... палец.
Яра начинает подо мной возиться. Опускает руку вниз и, обхватив мое запястье, пытается вытащить ладонь из своих трусов.
- Это вышло случайно, ясно?! Я не успела сориентироваться. А ты воспользовался ситуацией!
- Ты текла, как сучка...
- Да, на Джимми. Я на него с семнадцати лет теку. Ты просто под рукой оказался, - пихает локтем в живот, и я с неё скатываюсь, - Если мне приспичит, в следующий раз я воспользуюсь своим пальцем.
Смотрю на раскрасневшееся лицо Турчанки, яркие губы и блестящие глаза и чувствую, как бурлящий в крови адреналин разбавляется убойным ядом.
К ненависти и брезгливости примешивается похоть.
Боюсь, процесс необратимый. Зацепила чернявка.
- Мне похуй, на кого ты течешь, но.... - беру её руку и кладу на зажатый брюками и бельем стояк, - ты мне должна.
Вздрогнув, она ее выдергивает и спрыгивает с кровати. Я тоже поднимаюсь.
- Для этих целей у тебя есть твоя... горничная.
