Он так и сделал. Потом она отвела его обратно в постель и заснула с ним рядом.
Он посмотрел на маленькую руку, лежащую на его груди. Было ясно: она доверяла ему. Даже после того как видела его, терзаемого ночными кошмарами. Но как она может ему доверять? Как может любить его после того, что он рассказал ей?
Он заглянул ей в лицо. В лунном свете ее темные длинные ресницы казались еще длиннее. А шелковистые пряди волос разметались по подушке. Рядом с ней он ощущал такой покой, какого прежде не знал.
Говоря о том, что исповедь полезна для души, он иронизировал, но, возможно, так оно и есть.
Стыд все еще не покинул его, чувство вины еще преследовало его, но теперь все это уже не казалось таким тяжким бременем, как когда-то.
Он прикоснулся к ее губам, и они чуть приоткрылись. «Моя жена, – думал он. – Моя жена…»
Он хочет иметь свой дом. Господи, как он хочет этого! Хочет строить домики на деревьях и есть на пикниках сдобное печенье с пекановыми орешками. Хочет иметь дом и землю, которые сможет назвать своими.
Хочет рассказывать сказки на ночь девочкам. Хочет видеть, как они подрастают. И, конечно же, он хочет просыпаться по утрам рядом с Оливией и видеть ее чудесную улыбку, подобную солнечному свету, – улыбку, от которой исчезают все его кошмарные сны. Он хочет, чтобы она всю жизнь была рядом с ним, днем и ночью.
Впервые будущее поманило его. Без следующего боя, без следующего ночного кошмара. Будущее, в котором он надеялся найти любовь. Он хотел такое будущее. И плевать, что он его не заслужил.
Он хотел его и намерен был получить его, намерен был вцепиться в него, сделать его своим.
Конор выбрался из постели, стараясь не разбудить Оливию, и вышел на веранду. Лунный свет скользил в ветвях дубов и отбрасывал извилистые тени на гравий подъездной дороги. Следующей весной он подстрижет эти деревья и вон те живые изгороди тоже.
Сунув руки в карманы брюк, Конор принялся расхаживать по веранде, строя планы на будущее. Дом нужно заново покрасить до наступления зимы. Парк и цветочные клумбы нужно полностью переделать.
Развернувшись, он пошел вдоль стены дома. А вот беседку сохранять не стоит. Она еще не рухнула только потому, что ее поддерживают розовые кусты со всех сторон. Он снесет эту беседку и построит для Оливии новую. А вокруг посадит любимую Оливией жимолость.
Конор дошел до конца веранды и прислонился к перилам, глядя на задний двор. Если они снесут пустые хижины, то на этом месте смогут разбить еще один персиковый сад.
