» Понимаете, как эффектно бы получилось? Боюсь, что если бы не приезд Мосальского, Штунделю все могло сойти с рук, так и улизнул бы! Конечно, все равно бы мы его нашли, но сколько было бы тогда возни с его розысками! Да-а, удачно получилось, что ты как раз в это время поехал на Карчстрой, Борис Михайлович!
Павлов был в возбуждении, он так и видел всю эту картину тайги, погони, хмурых сопок, всей подлой игры Штунделя:
— А каков Раскосов?! Большая, должно быть, каналья. Пойман, схвачен, окружен — и все еще отстреливается! Да-а, молодец, молодец, Борис Михайлович!
Павлов обернулся к своим заместителям:
— Вот, смотрите на него — наша смена! Можем надеяться? А? Молодчина, молодчина, прямо скажу.
Павлов то хмурился, представляя, как прицеливался Раскосов, то смеялся, гордясь за Мосальского и представляя общее торжество;
— А нанайцы, говоришь, выразили желание участвовать в поимке вражины? Вы слышите, товарищи? И нанайцы! Хороший народ — нанайцы! А как звать этого охотника?
— Иван Семенович."
"— Иван Семенович, да, да, Иван Семенович, вот тебе с кем вместе поохотиться, товарищ Кушелев! Как он выбил из руки Раскосова оружие! А? Наверное, этот Иван Семенович целит белке в глаз! Каковы все-таки наши люди! Всюду поддержка, всюду сочувствие.
А? Как ты считаешь, Борис, это очень помогает в работе? Ведь если вдуматься, настоящие битвы разыгрываются, когда мы нападаем на след врага. У меня так и стоит перед глазами тайга, снег, и эта каналья стреляет... Кстати, охотника-то надо наградить, это я возьму на заметку.
Вы думаете, и у других, как у нас? Нет. Обычно органы разведки и контрразведки — узкая группка чиновников да агентурная сеть профессионалов. Возьмем тот же Интеллидженс сервис, которым англичане гордятся не меньше, чем Вестминстерским аббатством. Что он собой представляет? Тайное тайных, какой-то орден иезуитов!
— Точно! — подхватил полковник Кушелев. — Для рядового англичанина Интеллидженс сервис — ничто. Он и знать его не знает.
— Вот то-то и есть! — торжествуя, заключил Павлов.
При этом он достал из кармана портсигар, но, так и не раскрыв его, положил на край стола:
— Да, товарищи, две битвы! И оба раза они терпят поражение. Патридж попробовал, не клюнет ли на старого царского чиновника, который при царе Горохе работал в угрозыске. Ну и что? Пресловутый Вэр никого. не купил на свои доллары, кроме нескольких жалких бродяг. Уж на что железнодорожный вор Килограмм не блещет высокой моралью, но и он наотрез отказался лезть в политику.
