— О чем ты хотел поговорить? — спрашиваю после паузы."
"Да, не стоит ничего воображать. Мы бывшие муж и жена, которые когда-то любили друг друга, пока Вова не начал изменять мне со своей работой. А может, не только с работой. Где доказательства, что он до двенадцати ночи трудился над строительными проектами? Возможно, Вова трудился над чем-нибудь другим. Вернее над КЕМ-НИБУДЬ другим. Но этого я уже не узнаю.
— О твоем увольнении. Ты решила уйти из-за меня?
— Нет, — вру. — Я давно собиралась уволиться. Здесь тухлое болото.
Ничего не происходит, нет интересных инфоповодов для СМИ. Да и с журналистами здесь никто не горит желанием общаться. Я вообще не понимаю, зачем этой компании пиар-служба.
— Как ты знаешь, у меня к прессе другое отношение. Теперь инфоповодов для журналистов будет много.
— Я рада за тебя и за будущего пиар-директора этой компании, — улыбаюсь.
— Почему ты не хочешь остаться, если «Олимп» станет более открытым для прессы?
— Мне кажется, или ты пытаешься меня удержать?
— Да, пытаюсь.
Ты хороший пиарщик.
— Вау, какой комплимент!
Значит, как жену он меня удержать не пытался. А как пиарщика удерживает. Это что же, получается, я хреновая жена дома, но хороший специалист на работе?
— Не паясничай, — строго повторяет.
— Слушай, просто подпиши мое заявление и все, — устало прошу.
— Я не хочу подписывать его. И что-то мне подсказывает: ты увольняешься именно из-за меня. Если это так, то не следует.
Когда я подала на развод, Вова сухо ответил «Хорошо». Никаких подобных бесед он со мной не вел.
Просто «Хорошо». Как будто ждал и сам хотел нашего развода. Я сначала даже растерялась. Не то что бы я жаждала, чтобы Вова меня удерживал, но, как минимум, ожидала серьезного разговора. Даже готовилась к нему. А получила бесцветное «Хорошо» и сиюминутное подтверждение моего заявления на госуслугах.
Это было оскорбительно. Да, блин, кого я обманываю? Конечно, меня задело до глубины души, что Вова так легко согласился на развод. Без попыток поговорить, без выяснения отношений.
Как будто и правда тайно мечтал избавиться от меня.
— Да, Вова, я увольняюсь из-за тебя, — честно признаюсь. — Потому что знаю: мне будет тяжело с тобой работать. Мы развелись два года назад, моя жизнь и мое душевное спокойствие только наладились. Это ты забыл обо мне на следующий день, как я съехала из твоей квартиры. А я так не умею. Мне пришлось долго тебя забывать. И я просто не хочу возвращаться в начало.
Это признание тяжело мне далось.
