Он вернулся от Сары утром, готовый к тяжелому разговору с Мэг, поскольку понимал, что жена разозлилась на него, когда вечером увидела их с Марией. Откуда, черт возьми, ей стало известно, что в прошлом у них была связь? Он отправился на поиски жены вскоре после того, как Мэг ушла с веранды, но обнаружил, что она уже уехала.
Их ночь, проведенная вместе, была великолепной, но позволить себе влюбиться он не мог. Мэг сломает его, как мать поступила с отцом, наполнив его горечью и злобой. В конце концов, вместо того чтобы отправиться домой, Харт напился до безобразия и заночевал на кушетке в гостиной сестры.
Утром, протрезвев, решил спросить у Мэг, почему она так рано уехала, хотел объясниться по поводу той сцены, свидетельницей которой она стала, абсолютно, впрочем, невинной, – хотя легко можно было представить, как она смотрелась со стороны.
Только вот жены дома не оказалось, и исчез ее саквояж, а в записке, которую она оставила на тумбочке у кровати, говорилось, что ей нужно время, чтобы… подумать. Какого черта! Что это означает? Мэг даже не упомянула, куда отправляется, а сам он ничего не мог предположить.
У ее отца загородного поместья не было, а его родители вряд ли позволили бы ей отправиться в их владения.
Может, она у какой-нибудь из своих лондонских подруг? У Сары ее не было: он только что приехал оттуда. Тогда у герцогини Кларингтон? Проклятие! Надо привести себя в порядок и наведаться к этой бестии. Вот черт! Как же, оказывается, хлопотно быть мужем.
Меньше чем через час Харт уже сидел на кукольно изящном стульчике в гостиной герцогини и, опустив глаза в чашку из тончайшего фарфора, пытался ради приличия сделать хоть глоток чаю, прежде чем накинуться на хозяйку с расспросами о жене.
Они все говорили и говорили: о погоде, о политике – о чем угодно, – наконец терпение у него иссякло и едва ли не грубо Харт спросил:
– Где она?
– Кто? – в недоумении уставилась на него Люси, поправив локон, упавший на лоб.
Герцогиня прекрасно знала, о ком речь, а у него не было времени играть в эти игры.
– Моя жена! – процедил Харт сквозь зубы.
Люси сделала глоток чаю, куда, как обычно, добавила неимоверное количество сахара, и удивленно спросила:
– Она что, пропала?
Склонив голову набок, Харт вздохнул.
– Значит, здесь ее нет.
Герцогиня приподняла бровь.
– Ну, если только ее опять не заперли в кладовке с серебром. Если хотите, дам ключ, – сами убедитесь.
– Не смешно, – буркнул Харт.
– Очень даже смешно, – возразила Люси, глотнув чаю.
