Часть меня, самая нелепая часть, все еще желала угодить тем, кто взял ее под свое крыло, когда я была всего лишь бывшей нищенкой. Но большая часть хотела, чтобы они заплатили за то, что совершили.
– Эй, подожди секундочку, – попросил Роман, когда мы выпрыгнули из его автомобиля. Он взял меня за руку, мы переплели пальцы и теперь оба наблюдали, как открылись двойные стеклянные двери полицейского участка и из них вышел человек в форме шерифа, натягивая на ходу широкий пояс брюк на живот."
"– Шериф Брайан Диаз, – представился он и протянул руку, и я ответила на рукопожатие, как будто это было самой естественной вещью в мире, прежде чем поняла, что еще полгода назад я бы не смогла этого сделать.
Я бы развернулась и убежала. – Спасибо, что пришли сюда сегодня. Вы совершаете очень смелый поступок.
Бэйн сжал мою руку, все еще не отрывая взгляда от шерифа.
– Введи нас в курс дела.
– Мисс Картер предстоит опознать подозреваемых через специальное окно. Они не смогут увидеть ее, а она, наоборот, сможет хорошо их рассмотреть.
– Мужчина снова посмотрел на меня и подбадривающе улыбнулся. – Вам не нужно будет встречаться с ними или разговаривать. После этого останется только оформить бумаги для внесения дополнительных показаний в заявление, и на этом все. Доказательств достаточно, и они веские.
– Как давно их арестовали?
– Их привезли сорок минут назад, – ответил Брайан.
Роман удовлетворенно кивнул.
– Залог?
– Сто тысяч.
Неужели моя невинность так мало стоила?
Роман массировал круговыми движениями мою спину, продолжая спокойно беседовать с шерифом.
– Они уже обратились к адвокатам?
– Их родители вместе с юристами сейчас в пути.
– Дай мне знать, если они выйдут под залог. – Бэйн напряженно сжал челюсть.
– Проценко…
Но даже шериф Диаз знал, что лучше не спорить с Бэйном по этому вопросу.
* * *Не предполагалось, что мы с Эмери встретимся лицом к лицу, но каким-то образом я знала, что это произойдет. Казалось, я не смогу двигаться дальше, пока наши взгляды не встретятся в последний раз.
И они встретились. Я как раз заходила в коридор, когда Эмери, Нолана и Генри выводили из временных камер. Все трое были в наручниках. Мои же руки свободно раскачивались по бокам. Свободно. Я была свободна.
Два крупных офицера позади Эмери обменялись раздраженными взглядами, словно этого не должно было произойти, а Виллегас молча уставилась на них и покачала головой.
