Наверное, они сейчас решат, что у североамериканских школьников проблемы с обонянием или что мы пытаемся скрыть от них свой запах.
– Это был несчастный случай, – пояснил я мальчику в школьной форме, бейсболке, надетой задом наперёд, и очках. – Ну, почему от нас так пахнет.
– Ясно, – спокойно ответил он. – Мне нравится. Сразу можно понять, где вы находитесь.
Он вытащил бумажку с заметками и поднёс её близко-близко к глазам. Он, должно быть, очень близорукий.
– Как тебя зовут, гринго?
– Караг, – ответил я. – Только я не гринго, я пума.
Мне тут же объяснили, что североамериканцев здесь называют «гринго», а костариканцев – «тико», а мальчик в толстых очках тем временем принюхался к моей рубашке и сказал:
– Да? А по запаху не скажешь. Больше похоже на букет цветов и коробку конфет.
Джефри, Бо и Клифф, которые слышали наш разговор, захохотали как сумасшедшие. Хорошо хоть Тикаани только улыбнулась.
– Конфеты с мочой пумы, – объявил Бо, и я почувствовал, как во мне закипает гнев.
Но лучше на этих идиотов вообще не обращать внимания.
Мальчик в очках внимательно посмотрел на волков и приподнял одну бровь. Потом снова обернулся ко мне и улыбнулся:
– Кстати, меня зовут Альфредо.
Хороший парень. Интересно, что он за зверь? Совершенно непонятно.
Я оглянулся, чтобы осмотреть территорию школы, и наши с Тикаани глаза на мгновение встретились. У меня из головы всё не шла та странная фраза, которую я случайно подслушал в самолёте. Неужели она тоже переметнулась на сторону Миллинга?! Можем ли мы продолжать дружить теперь, когда она снова вернулась в стаю к Джефри? Нам нужно немедленно поговорить наедине.
И чем быстрее, тем лучше!
Мои размышления прервали две женщины – они прямо-таки обрушились на нас с распростёртыми объятиями. Одна – высокая, в ярком кричащем одеянии, другая – маленькая брюнетка с огромными карими глазами и прямодушным взглядом.
– Добро пожаловать! – сказала большая пёстрая женщина, широко улыбаясь Биллу Зорки. – Мы рады вас приветствовать. Меня зовут Сесилия Моравия, я преподаю английский и испанский.
– Мария Ла Чамба, – представилась женщина с большими глазами и недолго думая обняла мисс Кэллоуэй и всех стоящих поблизости учеников нашей школы.
Включая совершенно обалдевшего Джефри: тот просто онемел от такой вольности.
– Вы директор школы? – спросил я: фамилия же у неё такая же, как название школы.
Но Мария Ла Чамба покачала головой:"
"– Эту школу основал мой отец, а я здесь просто преподаю обществознание и человековедение.
