Закинув тонкую руку на плечи раба и склонив набок голову, старик поочередно обвел взглядом всю компанию — в его блестящих глазах светился острый ум.
Его усадили во главе стола, а поскольку он не в состоянии был сидеть прямо, привязали шелковыми шалями к спинке кресла. Реджинальд, видимо досконально знающий процедуру, приподнял подбородок старого хозяина, так как тот не мог самостоятельно держать голову.
Кузины тут же принялись трещать о том, как приятно видеть его в добром здравии и что они просто поражены столь заметным улучшением его самочувствия.
Свое удивление выразил и доктор.
Когда же старик заговорил, пришла моя очередь удивиться.
Он дернул вялой рукой и, приподняв ее, со стуком опустил на стол. В ту же секунду уста его открылись и послышался глухой монотонный голос, хотя лицо не исказила ни одна морщинка — лишь нижняя челюсть чуть опустилась:
— Мне еще далеко до смерти, и я не желаю ничего о ней слышать!
Безвольная рука вновь судорожно дернулась над столом и с грохотом упала.
Шарлотта, прищурившись, следила за всем происходящим, глаза ее поблескивали. Я впервые видел ее такой собранной и сосредоточенной — все ее внимание было приковано к лицу старика и его безжизненно лежавшей руке."
"— Бог мой, Антуан, — вскричал доктор, — не станете же вы винить нас за излишнее беспокойство!
— Мой разум ясен, как всегда! — заявил полуживой старик тем же бесцветным голосом. Очень медленно повернув голову, словно она была деревянной болванкой на скрипящем шарнире, он обвел всех взглядом и вновь с кривой улыбкой обратился в сторону Шарлотты.
Стремясь повнимательнее всмотреться, я наклонился вперед, чтобы свечи не слепили глаза, и только тогда увидел, что глаза старика налиты кровью, а лицо словно замороженная маска — при малейшей смене его выражения казалось, будто ледяная поверхность покрывается трещинами.
— Я доверяю тебе, моя любимая невестка, — заявил он, и на этот раз полное отсутствие интонации с лихвой окупилось громогласностью.
— Да, mon pere, — сладким голосом ответила Шарлотта, — я всегда буду заботиться о вас, не сомневайтесь.
И, придвинувшись к мужу, она пожала его безвольную руку.
— Отец, вы не страдаете от боли? — тихо спросил несчастный калека, и во взгляде его, обращенном на старика, промелькнул страх — кто знает, возможно, он видел перед собой собственное будущее.
— Нет, сын мой, я никогда не чувствую боли. — Ответ прозвучал успокаивающе.
