Она заявила, что достаточно взрослая и вправе выпить глоток-другой; конечно, она не стала меня слушать, да и кто я был такой, чтобы останавливать ее. Дело кончилось тем, что она, Лайонел и я протанцевали на заднем дворике до самого рассвета. Стелла танцевала регтайм-дэнс, которому научилась во время прогулки. Она сказала, что Джулиен отвезет их в Европу и покажет весь мир, но, разумеется, ничего этого не произошло. Думаю, они знали не больше моего, сколько лет Джулиену. Когда я увидел на могильной плите год рождения — 1828, то испытал шок, уверяю вас.
Только тогда я многое понял. Не удивительно, что он был способен заглядывать в будущее — ведь на его глазах прошел целый век."
"И Стелле предстояло прожить долгую жизнь. Как-то она сказала несколько слов, которых мне не забыть. Произошло это спустя много лет после смерти Джулиена. Мы вместе обедали в ресторане «У двух сестер». В то время у нее уже была Анта, ну и, разумеется, она не стала утруждаться, чтобы выйти замуж или хотя бы назвать отца. Это еще та история, я вам скажу.
Из-за нее все общество буквально пришло в бешенство. Но о чем это я говорил? Мы обедали, и она сказала, что будет жить столь же долго, как Джулиен. Сказала, что Джулиен взглянул на ее ладонь и изрек предсказание. Она собиралась жить долго.
Подумать только, пасть от руки Лайонела в неполных тридцать лет! Боже мой! Но вы ведь понимаете, что за всем этим стояла Карлотта?
К этому времени Ллуэллин уже едва шевелил языком. Я принялся расспрашивать его о Карлотте и о выстреле, но он не стал об этом больше говорить.
Разговор начал пугать его. Он перевел его на другую тему и принялся бормотать о том, как бы ему хотелось получить «автобиографию» Джулиена. По его словам, он готов был все отдать, чтобы однажды попасть в особняк и забрать рукопись, если она до сих пор хранится в той комнате наверху. Но пока там живет Карлотта, у него нет ни малейшего шанса.
Знаете, там есть чердак, где устроены кладовые под крышей, вдоль всего дома. С улицы ничего не видно, но это так.
Джулиен хранил там свои сундуки. Бьюсь об заклад, именно туда Мэри-Бет спрятала его автобиографию. Она даже не стала утруждаться, чтобы сжечь ее. Это было не в ее характере. Просто она не хотела, чтобы бумаги попали в мои руки. А затем в доме поселилась та гадина Карлотта. Кто знает, что она сделала со всеми вещами Джулиена?
Не желая упускать возможности, я настойчиво поинтересовался, не происходило ли в доме чего-нибудь странного, сверхъестественного.
