Лейтенант выглядел откровенно встревоженным — связываться с людьми Бестужева никому не хотелось.
Воронцов нервно сглотнул:
— А если всё-таки это просто поездка?
Мешков окинул его таким взглядом, что лейтенант съёжился."
"— Тогда вы отдохнёте на Урале, — сухо ответил секунд-майор. — Но я чую нутром — он что-то скрывает. И на этот раз мы его прижмём.
Державин поднялся, забирая папку со стола: — Я буду на связи. Если что-то пойдёт не так, сразу звоните.
Мешков кивнул: — Только смотрите, не лезьте на рожон.
Никаких прямых контактов с Орловым. Только наблюдение.
Когда офицеры вышли, Мешков подошёл к окну. За стеклом кружила метель, заметая улицы Петербурга тяжёлым, мокрым снегом. Где-то там, в этой белой круговерти, затаился его враг — молодой аристократ, выскользнувший из всех расставленных ловушек.
— На этот раз, Орлов, — пробормотал секунд-майор, глядя на метель, — от меня не уйдёшь.
* * *Граф Пётр Алексеевич Бестужев, родовое поместье
Кабинет Петра Алексеевича Бестужева был погружён в полумрак.
Снежинки бесшумно ударялись о стекло, а в камине потрескивали дрова, бросая причудливые тени на портреты предков, висевшие на стенах. Тяжёлые бархатные шторы приглушали городской шум, создавая атмосферу изоляции от внешнего мира.
Бестужев стоял у окна, заложив руки за спину. Его высокая фигура с седыми пружинистыми кудрями до плеч казалась неподвижной статуей. Только глаза — выцветшие, серые, настороженные — внимательно следили за улицей.
Хрустальный бокал с янтарным коньяком в руке Бестужева поймал отблеск пламени.
Он сделал глоток, позволяя благородному напитку согреть горло. На губах старика играла едва заметная улыбка — сегодня он получил новость, которую ждал долгие годы.
Дверь отворилась бесшумно, и в кабинет скользнул Вертинский — начальник его личной охраны. Этот человек всегда появлялся неожиданно, словно материализовался из теней. Строгий костюм, безупречно выбритое лицо с тонким шрамом, пересекающим левую скулу, и пронзительные глаза, не упускающие ни одной детали.
— Пётр Алексеевич, — он слегка поклонился, сохраняя идеальную осанку.
Бестужев не повернулся, продолжая наблюдать за улицей.
— Вертинский, — его голос звучал удовлетворённо, почти мягко. — Слышал новость? Наш молодой друг решил навестить деда.
— Да, — кивнул Вертинский. — Орлов купил билет на утренний поезд до Екатеринбурга. Забронировал отдельное купе. Едет вместе с одним своим гвардейцем.
Теперь Бестужев обернулся.
