Больше ничего Яшка сделать не успел…
Через полчаса Грилюк сидел в кабинете начальника МСП. Он сплевывал кровь из разбитой губы вперемешку с мокротой из больных легких. Белый галстук уехал на спину, фрак разорван на спине – вид у страшного террориста был побитый. Но не жалкий. Он смотрел на полицейских с чувством превосходства.
– Повезло вам, сатрапы.
– Что, не вышло людей казнить, сволота? – крикнул Лебедев. – Сам теперь на эшафот пойдешь!
– А он не доживет до эшафота, – подал реплику подполковник Ратко. – Поэтому и не боится ни черта.
– У! – Ротмистр Ионов подскочил к арестованному и занес кулак. Лыков в последний момент успел перехватить его руку:
– Не надо.
– Это почему?! – Жандарм был почти в истерике. – Еще как надо! Он же все продумал. Сначала бомбу на площади взорвать. Сотникова, тварь, кинула бы ее в толпу. Набежали бы любопытные со всей Москвы. А он… Он дал бы всем собраться, и сверху их, из пулемета! Двести пятьдесят патронов в ленте. Гадина, палач! Тебе жить нельзя, я тебя сам сейчас задушу!
– Он позволил нам вынести раненого, – сказал сыщик, удерживая руку офицера.
– Да? – закричал тот уже на Лыкова. – Раненый ваш умер через минуту!
– Поручик Белоконь умер, случилось большое несчастье. Но анархист тогда не мог этого знать и все равно дал вынести.
Ротмистр сгорбился, обмяк, как прохудившийся воздушный шарик, и быстро вышел из комнаты.
– Нашли палача, – усмехнулся Грилюк. – Это я-то? Да на себя поглядите. Сколько людей вы казнили в Златоусте? Семьдесят! А на Обуховском заводе? А в Кишиневе при еврейском погроме? Сколько моих товарищей гниет по казематам?
Допрос анархиста шел туго.
Он признал свою личность, но обо всем остальном говорить отказался. Улик полиции хватало, можно было передавать дело следователю. Пусть тот бьется с умирающим, которому нечего терять. Но Лыкова интересовали подробности дела Филиппова. Поэтому он, пользуясь своей властью, отослал всех из кабинета и велел принести чаю.
Отхлебнув из стакана, Яшка Бешеный ухмыльнулся:
– Слыхали мы про вашу уловку.
Добрый сатрап сменяет злого, и арестованный ему все выкладывает. Угадал? Не выйдет, не на того напали.
– Зачем вам понадобились митени? – спросил сыщик.
Анархист насторожился:
– Вам что за дело?
– Хочу понять.
– Да где уж вам!
– Согласен, – кивнул коллежский советник. – Я действительно никогда не смогу понять, что за радость расстрелять невинных людей из пулемета.
– Невинных не бывает, каждый в чем-то виновен, – угрюмо парировал Грилюк.
