У их подножия нас ждала ещё одна дверь. Такая же ржавая и толстая. До неё еле добирался призрачный свет, идущий из дверного проёма за моей спиной.
Я со скрежетом открыл и вторую дверь. За ней прятался большой подвал с узкими прямоугольными окнами под потолком. В них проникали лучи света, так что тут царил полумрак, из которого проступали силуэты больших ящиков, обитых железными полосами. В паре мест они громоздились до самого потолка.
— Никого не вижу, — выдохнул мне в затылок Громов.
— Думаю, монстр не появится, пока ты не зайдёшь в подвал.
Это что-то вроде финальной битвы с боссом.
— Каким ещё боссом? — искренне удивился смертный, не познавший в силу возраста всей прелести компьютерных игр.
— Потом объясню, — проронил я и двинулся по бетону, щедро политому чёрной жижей, чавкающей под ногами.
Мужчина пошёл за мной."
"— … Дедушка, — вдруг раздался слабый тенор из-за ящиков. Он мог принадлежать умирающему парню.
— Папа, — оттуда же донёсся женский голос. Тихий и дрожащий, словно его хозяйка сейчас разрыдается.
— Дедуля, — прозвучал ещё один голосок. На сейчас раз детский и укоризненный.
Громов судорожно вздрогнул и побледнел.
— Смертный, возьми себя в руки. Это не твоя семья, — проговорил я, остановившись в центре подвала и напряжённо глядя на ящики. Позади них маячили три силуэта. — Как только они выйдут, мочи всех без разбору. Сейчас не до сантиментов. Отринь страх и сомнения. Это всё что-то вроде очень реалистичной иллюзии.
— Ага, — решительно проронил мужчина и забормотал молитву, упрашивая богов помочь ему.
Я хмыкнул и увидел пошатывающуюся троицу, дёрганой походкой вышедшую из-за ящиков. Лидия, Павел и Александр. Все в изорванной одежде со следами запёкшейся крови. Лица мертвенно-синие. Губы, веки и носы срезанные. А в глазах дикая ненависть.
— Это всё из-за тебя, — в унисон вкрадчиво зашептали они, злобно глядя на бледного Громова. — Ты виноват в том, что с нами произошло. Ты призвал Локки. Его проделки навлекли на нас беду.
— Так вот каков твой главный страх, — понятливо проговорил я, посмотрев на взволнованного мужчину.
Тот ответил нервной улыбкой и для пробы разок взмахнул кочергой. Она со свистом рассекла вонючий воздух. Этот звук словно послужил сигналом для начала финальной битвы.
Монстры ринулись на нас, пронзительно завывая. Их вопли били по ушам. Первый же пропущенный Громовым удар отшвырнул его на пару метров. Мужчину словно лягнул сам конь Слейпнир, хотя его всего лишь приголубил худосочный Павел.
