— Приехали, — выдохнул лейтенант и выбрался из машины, остановившейся возле приземистого здания из красного кирпича.
Я тоже вышел. Меня сразу же провели в здание, а потом узкими казёнными коридорами проводили в небольшой кабинет. Там на меня нацепили антимагические наручники с камнями-артефактами, сославшись на правила. Мне они не понравились, но я не стал брыкаться, подумав, что всегда смогу избавиться от таких украшений.
Лейтенант с напарником вышли, оставив меня наедине с толстым усатым капитаном, восседающим за рабочим столом.
— Присаживайтесь, — вальяжно указал он мне на пошарпанный стул и промокнул грязным носовым платком вспотевший лоб с бороздами морщин.
Я уселся и брезгливо глянул на его форменную рубашку. Под мышками расплылись влажные пятна, поскольку капитан потел как хряк. Хотя в углу комнаты шумел довольно мощный вентилятор, а окно было открыто.
— Ну-с, господин Громов, будьте добры, расскажите, пожалуйста, как всё было, — чуть ли не ласково проговорил он, откинувшись на спинку кресла.
На той висел китель.
— Сначала извольте представиться.
— Моё имя Николай Петрович Козлов, капитан полиции, — улыбнулся тот, глядя на меня цепкими холодными глазами.
Я помедлил немного и поведал смертному, что произошло на вечеринке.
Толстяк выслушал меня, задумчиво морща лоб. Как уж слишком наигранно морща, будто хотел показать, как он усиленно размышляет. А ещё капитан сам себе кивнул, словно только что ему в голову пришла какая-то мысль.
— Господин Громов, свидетели говорят, что вы часть вечера провели в обществе пострадавшей графини Беловой.
Так ли это?
— Так. И что? Вы с какой целью интересуетесь? Или просто завидуете? — усмехнулся я, решив спровоцировать капитан.
А тот, пожри его Хель, даже бровью не повёл. Его круглое лицо осталось таким же картинно дружелюбным. Однако я всеми фибрами души чувствовал, что у него на уме какая-то гадость."
"— Зачем же вы так, господин Громов? Я ведь просто пытаюсь разобраться в случившемся, — обиженно вздохнул капитан и следом добавил, скомкав носовой платок: — Знаете, у меня появилась мысль, что вы, вероятно, добивались внимания со стороны графини Беловой.
Но я вас не виню. Вы небогатый дворянин. А она красавица, графиня. Я понимаю вас.
— Нет, вы не понимаете меня, — хмыкнул я, закинув ногу на ногу.
— А как обратить на себя внимание такой особы? — продолжил рассуждать смертный, воздев указательный палец. — Конечно же, спасти её.
— Откройте ещё одно окно. Кажется, у вас тепловой удар.
