Она помогает забыть ту, другую, острую и невыносимую, ту, что топит отчаянием.
— Подпишите, Эйвилин, — передо мной на стол опускается большой лист желтоватого пергамента и круглая серая чернильница с пером. — Здесь, здесь и здесь.
Лорд Корфас показывает указательным пальцем с заострённым желтоватым ногтем.
Послушно беру перо. Не вчитываясь, ставлю подписи там, где он просит. Мне всё равно — стучит в мозгу молоточком. Теперь всё равно. Освальда нет.
После меня подписи ставит сын лорда Корфаса. Начальник полиции пробегает листок глазами, сухо кивает:
— Ожидайте! — и выходит за дверь.
Время становится вязким. Не знаю, сколько сижу здесь вот так, царапая руки, вызывая в себе новые и новые волны физической боли, только ради того, чтобы не чувствовать боль моральную.
Сын лорда Корфаса тоже молчит, застыв у двери каменной статуей. Боится, что убегу? Куда мне теперь бежать?
Наконец, дверь снова открывается. Бросаю через плечо злой взгляд, ожидая увидеть убийцу своего мужа, но порог переступает один лорд Корфас.
На этот раз без пергамента.
— Эйвилин, — он пересекает зал и сразу переходит к делу. — Вам следует немедленно собрать вещи. Берите только самое необходимое в дорогу для себя и мальчика. Всё остальное вам предоставят на месте. Для вашей безопасности вы должны покинуть замок в течение часа, до приезда родных генерала. Есть все основания полагать, что, несмотря на протокол, родня покойного обвинит вас. Прошу вас, не медлите, таков приказ лорда Даорра.
Не двигаюсь с места, только усмехаюсь горько.
Перед глазами тут же встают ошарашенные лица Исиды и Бертрана, когда они слышат о смерти отца в поединке. Кто послужил причиной поединка? Я.
Можно даже не обольщаться насчёт того, что именно они подумают. И будут правы.
Проклятье. Из-за мерзавца Тиррэна я даже не смогу как следует проститься с мужем. Проследить, чтобы его тело было предано огню в строгом соответствии с древней традицией.
Кто-то другой проводит его в последний путь. А не та, которая обязана ему всем, включая жизнь, свою и ребёнка.
Вскидываю на лорда Корфаса полный презрения взгляд. Ядовитые слова сами собой рвутся с языка.
— И давно ли начальник полиции на побегушках у убийцы? Где сам Тиррэн? Мог бы лично передать мне свои проклятые приказы. Не терпится взглянуть в глаза этому мерзавцу!
Несмотря на мой дерзкий выпад, лицо лорда Корфаса остаётся невозмутимым.
— Лорд Даорр уже покинул замок, и будет ожидать вас в столице. Прошу вас, Эйвилин. Будьте благоразумны.
