"
"– Следите за Пилем, он чует, где безопаснее, – сказал Опалин, подводя Лукомскую к каменной скамье, возле которой бродил кот. – А, черт… – Он только сейчас заметил, что не успел как следует застегнуть штаны, и, отвернувшись от Варвары Дмитриевны, привел себя в порядок.
Старая дама с присущей ей тактичностью сделала вид, что ничего не заметила.
– Я вернусь в дом, – продолжал Опалин, хмурясь, – надо забрать кое-какие вещи.
– Ваня, не надо…
– Ну ваши деньги хотя бы. Вы же забрали только рукоделье…
– Там деньги и есть, – ответила Варвара Дмитриевна шепотом, прижимая к себе коробку.
– Я… понимаете, вчера несколько книг ни с того ни с сего выпали из шкафа… как было при прошлом землетрясении… и лампочка стала дребезжать… как тогда… Я испугалась. Ну и… решила заранее приготовиться…
– Вы молодец, – без всяких околичностей объявил Иван. – Сидите здесь. Я сейчас вернусь.
На ближайшей церкви ударили в набат.
По улице проехал пожарный расчет с молодцеватыми пожарными в блестящих касках, лестницами и скрученными брандспойтами.
Лошади хрипели и упирались, и человеку, который правил ими, стоило огромного труда удержать их. Мускулы на его руках напряглись и стали как канаты.
Через несколько минут в набат ударили на других церквях.
Иногда все звонари, не сговариваясь, звонили в унисон, и оттого впечатление выходило особенно поразительное.
Земля гудела, колокола звенели, собаки не прекращали выть и лаять, истошно рыдали дети, дико кричали обезумевшие женщины.
Толчки не прекращались; от повторных ударов рушились балконы, фасады самых прочных зданий покрывались трещинами, целые стены выламывались из кладки и падали грудой камней.
Люди прыгали из окон вторых и третьих этажей, потому что двери заклинило и иным путем выбраться наружу было невозможно.
«Селиванов… чахоточные больные… а рядом детский санаторий… там множество калек… И землетрясение! Но что мне делать с Варварой? Хотя… раз она сообразила заранее собрать вещи, она точно не пропадет…»
Скользя, падая, поднимаясь и чувствуя, как от непрерывно движущейся под ногами земли тошнота подступает к горлу, Опалин вернулся в дом – и в комнате Варвары Дмитриевны застал гражданку Крутикову, сдобную жену соседа, которая деловито шарила по ящикам стола.
Опалин нехорошо оскалился и поднял с пола увесистый кусок камня.
