Он разглагольствовал о том, что никому не даст спуску, что будет лично руководить обыском и постарается нагнать страху на преступников, чтобы они заметались и выдали себя. Он сыпал словами, перескакивал с темы на тему, подмигивал, посмеивался, и в то же время одна щека его подергивалась в нервном тике.
– А насчет того, что бандой руководит какой-то гений – это ты, Ваня, брось… Нет среди них гениев! Просто они хотели ограбить Кауфмана, поняли, что у них ничего не выйдет, и вспомнили об «Алмазной горе»…
– Архитектора убили люди, которые до того заплатили ему за какую-то старую работу, – напомнил Опалин.
– О Кауфмане мы узнали позже…
– Ваня, ну ты сам подумай: если бы у них правда был чертеж какого-то там потайного хода, почему они ждали столько времени? Почему убили Гриневскую только сейчас? Да глупости же! Ты просто книжек начитался…
Опалин не стал спорить.
Он находился в положении человека, который чует, что прав, но, кроме интуиции, у него не было никаких доказательств.
А как говорил один из его муровских начальников, «интуицию к делу не пришьешь».
Когда они въехали в Ялту, Парамонов велел остановить машину на набережной, чтобы Опалин мог сойти, и сказал:
– Я сейчас соберу людей для обыска, а ты пока постарайся разузнать, что да как. Если вдруг кто-то из киношников бесследно исчез – сразу звони, хорошо?
И он укатил вместе с шофером, забыв сказать, по какому именно номеру Опалин должен был звонить.
Глава 24
Странные речи"
"Продать иль не продать? Вот в чем вопрос.
Из фильма «Кукла с миллионами» (1928)– Разумеется, ввиду последних событий я запрошу инструкции из Москвы, – сказал Матвей Семенович. – Такое печальное происшествие… – Он откашлялся. – Разумеется, съемки придется остановить. Я вообще не удивлюсь, если производство свернут…
– Как это свернут? – взволнованно закричал Винтер, подскочив на постели. – Фильма почти готова!
– На две трети, – вставил Нольде, который находился в номере режиссера вместе с Борисом, его женой, Мельниковым и Володей Голлербахом.
Члены съемочной группы и уполномоченный кинофабрики проводили что-то вроде экстренного совещания.
– Минуточку, минуточку, – вмешался Кауфман, – всего несколько дней назад вы заверяли меня, что съемки в Ялте будут проходить как минимум до середины сентября, а затем вы возвращаетесь в Москву, где в павильонах работы на полтора месяца, а может быть, и больше.
