Тогда все дети, рожденные в двух новых семьях, будут друг другу родственниками. Ну и Егору, соответственно, тоже, и между собой.
«Какая-то путаница», — хмыкнул про себя Агафонов и, наклонившись к Еве, прошептал, воспользовавшись секундным затишьем:
— Тебе нравится?
— Очень, — рассмеялась Ева, глянув на него блестящими от возбуждения глазами. Именно ее он хотел. Именно о ней мечтал все эти долгие часы, пока лепил фильм и потом под бой курантов тянул виски, снова и снова прокручивая ничем не примечательные кадры.
Вот Ева зашла в кабинет, вот вышла налить чаю. Вот в полупрозрачной юбке крутится на сцене и воображает себя царицей. Сейчас же, сидя рядом с ней, живой и жизнерадостной, Агафонов точно знал, что без этой девушки он обратно не уедет. Собственник, хищник…"
"«Да, ваша честь! — мысленно признался Агафонов несуществующему судье. — Вот только Ева моя, и я приложу все усилия, чтобы сделать ее своей по закону».
После монтажа фильма и долгой дороги ему это казалось вполне естественным.
«Я поговорю с Вадимом, — рыкнул он, подавая Еве пальто в гардеробе. — Ну не зверь же он, не враг собственной дочери. А будет против, украду», — мысленно ощерился Агафонов, а вслух тихо предложил:
— Давай заведем детей домой и погуляем немного?
— Нас встречают, — так же тихо прошептала Ева и, набравшись храбрости, выдохнула. — Но, если ты зовешь меня прогуляться, я, пожалуй, соглашусь, — пробормотала она и посмотрела лукаво.
«Глупо отказываться, если зовет сам Агафонов, — подумалось ей.
— Пройдемся вдоль берега. Поболтаем и где-нибудь перекусим, — решила про себя Ева. — Естественно, папа не позволит крутить роман с Мишей. Тем более сейчас, когда его друг подставил Милку. Но именно пока можно улучить момент. Интересно, кто за нами приедет? Если Илья, то дело выгорит», — будто маленькая, загадала она и даже губу прикусила. Но вместо старшего брата у входа маячил Никита.
«Вот ведь зараза, — ругнулась мысленно Ева. — Как он так быстро в Сочи смотался!» — а глянув на часы, поняла, что прошло без малого четыре часа.
Рядом с Агафоновым время пролетело незаметно. Она покрепче сжала его руку и только успела пробормотать: «Осторожнее!», как к ним подскочил Никита и коршуном накинулся на родную сестру.
— Что ты себе позволяешь? — прорычал он, пытаясь оттеснить Агафонова. — Ты вообще кто такой?
— Это мой папа! — тоненьким голоском взвизгнул Егор, сжимая тонкие костлявые кулачки.
