— Паспорт тебе мама может выслать. Или передать с кем-нибудь. Вот проблема!
— Точно, — пришло сообщение от Милки. — Ты гений, Дуська!
Ева задумчиво глянула в окно галендвагена на видневшуюся полоску моря, потом посмотрела на показавшиеся впереди высотные здания.
«Интересно, какое из них принадлежит будущему Янкиному мужу?» — мысленно осведомилась она у самой себя и набрала новое сообщение.
— Если уж мы втроем чилимся на праздники поблизости, предлагаю встретиться.
— Отличная идея, Дусик! — тут же ответила Янка.
— Прикатывай к нам. Гостиница «Жемчуг»!
— Обязательно! Только вы мне маякните, как выберетесь из города и приедете на место. Ну и в случае форс-мажора сигнальте. Я папу подключу.
— Прорвемся, — Янка прислала подмигивающий смайл, а Милка — ряды тюльпанчиков и сердечек.
«Вот и поговорили! — вздохнула Ева, прикрыв глаза и в глубине души радуясь, что проблема Камиллы так быстро и легко разрешилась. Пусть не до конца. — Но вряд ли получится у этого упыря найти Милку в одной из тысяч сочинских гостиниц», — негодующе фыркнула она и сама не заметила, как уснула.
В пентхаусе Агафонова уже вовсю хозяйничала домработница.
— А куда же вы собаку денете? — запричитала она, стоило только Агафонову выйти из лифта.
— Со мной поедет, — небрежно отмахнулся он, ожидая напоминания про дурацкие Альпы. Но Анна Васильевна просто кивнула и не сочла нужным дальше продолжать беседу."
"«Удивительно тактичный человек», — усмехнулся про себя Агафонов и сразу прошел в спальню.
— Новый год, твою мать, — пробурчал он под нос, раздеваясь.
Оставшись в одних боксерах, прошлепал босыми ногами к окну и завесил тяжелую плотную штору.
«Спят усталые игрушки», — мысленно хмыкнул, улегшись в кровать и натянув одеяло под самый подбородок. Спать не хотелось. Но требовалось спокойно обдумать ситуацию и собраться с мыслями. Желательно в полной тишине.
Агафонов поморщился и, выпростав руку из-под одеяла, отключил сотовый.
«Поганый Дема, — зло и витиевато выругался он. — Чтоб ты облез со своей Тамилой! Вот жил я спокойно и ничего не знал о Еве.
Вернее, знал, но не догадывался, чья она дочка, а тем паче сестра. И что теперь прикажете делать? Самым простым и разумным, — Агафонов это понимал, — следовало раз и навсегда забыть о Шамаханской царице. Выкинуть из башки Еву Макарову. Разрешить ей уволиться к чертям собачьим. И больше никогда не вспоминать… Баб на свете полно, — тяжело вздохнул он. Да и перспектива снова породниться с Ниной не радовала.
