— Ты, блять, на вкус как совершенство, окутанное ужасом, куколка, — сказал он, и положил вибратор рядом со мной, от чего я задрожала.
Он заполз на гроб, и глухие удары моего сердца отдавались в груди. Желудок скрутился в узел, но я не могла отрицать возбуждение, которое также проникало в мое тело. Неправильно, что один человек мог вызвать столько хаоса в душе другого. Мой взгляд остановился на нем, когда он опустил голову между моих ног. Первый же щелчок его языка дразнил меня, и по телу пробежала волна удовольствия.
Казалось невозможным после тех часов, что я провела на кресте, но он вновь заставил мою кровь петь.
Я была так уверена, что дьявол давно нашел меня и забрал мою душу, но ошибалась. Он нашел меня только сейчас, и я буду жалеть о том, что откусила яблоко, так же сильно, как Ева.
Грейсон
— Ты, блять, на вкус как совершенство, окутанное ужасом, куколка, — сказал я, наслаждаясь тем, как она открыла рот, готовая закричать, когда я присосался к ее набухшему клитору, но из ее губ не вырвалось ни звука.
Каждая часть тела Алоры была напряжена до боли. С таким сильным наслаждением трудно было отличить одно от другого. — Ммм.
Мой язык совершал круговые движения, вытягивая оргазм из ее тела. Я хотел, чтобы она кончила в мой рот, и не собирался слезать с этого гроба, пока она не закричит и не начнет метаться, а я буду поглощать ее до последней капли. Порез на моей руке оставил тонкую струйку крови на внутренней стороне ее бедра. Я слизал ее и продолжил наступление, чувствуя, как металлический привкус смешивается со сладостью Алоры.
Она никогда не теряла этот опьяняющий аромат корицы.
— Грейсон… я… я больше не могу, — прошептала она, но ее бедра сильнее прижались к моим губам.
— Тогда кончи для меня, куколка, — сказал я, и начал сильнее посасывать клитор, ее задница приподнялась над гробом, и я удерживал ее за бедра, не давая извиваться.
Алора дернула за цепи и закричала, когда оргазм пронесся через все ее тело. Я никогда не пробовал ничего слаще, чем она, и слизал каждую каплю, прежде чем подняться по ее расслабленному телу.
Ее голова бессильно опустилась на бок, а я смотрел, как ее грудь тяжело вздымалась с каждым вздохом. Схватив Алору за челюсть, я повернул ее лицо к себе, и гордость переполняла меня, когда я смотрел на выражение ее остекленевших глаз.
— Хорошая девочка, — тихо прошептал я. — А теперь тебе нужно сделать выбор. — она облизала губы, и я заметил, как осторожность вернулась в ее взгляд.
