Каждый, в том числе и я, должен тебя заслужить. И кстати, если еще один мужчина хоть раз прикоснется к тебе… Ну, теперь ты знаешь, что я не шучу. — Я устроился между ее ног, играя с ней, сжимая ягодицы и проводя своим членом по ее влажной коже.
Пульс бился на ее шее так же быстро, как дыхание. Я вогнал кончик своего члена в нее и с трудом сдержал стон, когда ее горячая, тугая киска сжалась вокруг меня.
— Черт, какая же ты узкая. — Она ощущалась, как чертова девственница, и я едва справлялся с тем, чтобы двигаться медленно.
Алора ахнула и закрыла глаза.
— Черт, Боже…
На полпути я перестал быть нежным и, рыча, вогнал себя в нее до конца. Мое тело содрогнулось, и пот проступил на спине.
— Ах! Блять, о Боже, — закричала она мне в ухо, напряглась и дернула за цепи, сковывавшие ее руки. Слезы скатились по ее щекам. — Слишком большой…
— Лучше сорвать пластырь одним рывком, — произнес я, вытащив член, а затем снова вогнал его в нее, отчего ее тело снова содрогнулось.
— Слишком… слишком больно, — выдавила она сквозь стиснутые зубы.
— Дыши, куколка. — Я остановился. — Ты ведь не была девственницей, да? — Она покачала головой.
Но я пожалел, что она сказала правду. Теперь я мог думать только о том, как размозжить череп того парня, который лишил ее невинности, пока бы я трахал ее и заставлял кричать рядом с его умирающим телом. Ярость кипела внутри меня, и мои руки дрожали, сжимая край гроба.
Я снова вытащил член и вогнал его до конца. На этот раз она не напряглась так сильно, но все равно выругалась.
— Хорошая девочка, а теперь кричи для меня, — приказал я и стал жестко трахать ее, поддаваясь потребности, проникающей в мое тело. С каждым толчком я приближался к тому, чтобы кончить, но только от ее крика мои яйца сжимались.
Я ускорил ритм, двигаясь быстрее и сильнее. Алора ощущалась невероятно, и я не мог насытиться — я мог бы трахать ее так целый день, каждый день. Что-то в ней изменилось, я почувствовал это, когда ее крики начали переходить от боли к наслаждению.
Ее глаза расширились, когда я закрыл ей рот своей порезанной рукой.
— Оближи порез, который сделала. Пей мою кровь, куколка, пей то, что ты пролила, — прошептал я, чувствуя, как ее язык осторожно прошелся по моей ладони. Я с трудом сдерживал себя, чтобы не кончить в этот момент — она была идеальна. — Хорошая девочка, теперь кончи для меня. Кончи на мой член.
Ее дыхание участилось, язык двигался в такт каждому моему толчку.
