Резко открыв дверь, я прошла через кухню, радуясь, что Хуан, погруженный в музыку, ничего не заметил. Томас все еще кричал, и как только я переступила порог закусочной, надела свитер и взяла свой рюкзак, чтобы уйти. В этот момент дверь открылась, и в ресторан вошли два полицейских. Мое сердце ушло в пятки. Боже, он действительно вызвал полицию. Я снова отправлюсь в тюрьму. Я сделала шаг назад, широко раскрыв глаза, смотря на двух мужчин. На миг я задумалась, смогу ли выбежать через черный ход. Но я не смогу убегать вечно, а это значит, что Томас победил.
Я не позволю ему уйти безнаказанным за то, что он сделал.
— Алора Дюбуа? — Спросил тот, что стоял слева, и я на автопилоте кивнула.
— Вам нужно пройти с нами, — добавил второй, и слезы защипали глаза, но я ни за что на свете не стала бы плакать перед Томасом.
— Ха! Видишь, она получит по заслугам. Даже полиция знает, что от нее одни неприятности! — Злорадно выкрикнул Томас.
— Убирайся из моего ресторана, Томас, и больше никогда не возвращайся! — Закричала мисс Харпер.
Никогда раньше я не слышала, чтобы она кричала. Она буквально вытолкнула Томаса за дверь, и тот, хоть и подчинился, бросил на меня последний злобный взгляд.
— Офицеры, что все это значит? — спросила она.
Если даже мисс Харпер не знала, что происходит, то чего они хотели от меня? Мистер Лоран по-прежнему стоял в стороне, наблюдая за всем происходящим. Я чувствовала на себе его взгляд, и почему-то мне стало стыдно, что кто-то был свидетелем всего этого.
— Простите, мисс Харпер, но мы не можем разглашать детали, — мягко ответил офицер слева.
Но это не помешало его напарнику подойти ко мне и велеть завести руки за спину. Сердце билось так сильно, что я едва слышала что-либо, кроме панического стука в голове.
— Стивен Дуглас Рид, даже не думай! — Мисс Харпер вдруг повысила голос. — Я меняла тебе пеленки! Ты не имеешь права врываться в мое заведение и забирать мою сотрудницу, не объяснив мне причин. Особенно учитывая, что Алора под моей опекой уже три года.
Либо ты объясняешь мне, что происходит, либо я позвоню твоей матери!
Офицер Рид смутился, его щеки вспыхнули, и он прочистил горло.
— Все, что я могу сказать — это связано с текущим расследованием убийства.
Мое лицо застыло в изумлении.
— Убийство? Но я никого не убивала!
— Вы имеете право хранить молчание, — проговорил офицер, но его слова уже казались фоновым шумом, пока я пыталась осознать происходящее. Я даже трупов не видела, разве что на кладбище.
