Злость была самым простым способом справиться со страхом, и я рванула руку еще сильнее, но он не отпускал. Я чувствовала себя так, словно была зажата в тиски.
— Томас, оставь Алору в покое. Ты ведешь себя грубо. То, что происходит между Алорой и мной, тебя не касается, — произнесла мисс Харпер, поворачиваясь к нам, но все мое внимание было сосредоточено на мистере Лоране. Он выглядел так, словно вот-вот выскочит из своей кабинки. Мышцы на его шее и челюсти подрагивали, пока он сверлил взглядом руку Томаса.
— Томас, последний раз, когда я прошу тебя. Отпусти, — сказала я, едва сдерживаясь."
"— Нет, налей мне кофе, — огрызнулся он и дернул за мою руку так сильно, что я чуть не упала к нему в кабину. Ярость мгновенно вспыхнула во мне и сжигала меня изнутри, когда я сорвалась:
— Хочешь кофе? Вот тебе кофе, — сказала я и вылила кофейник ему на колени.
— Черт! — Томас отпустил мое запястье и вскочил в один миг. — Ты, стерва! Ты меня обожгла!
— Алора! — Ахнула мисс Харпер.
— Ты заслуживаешь худшего. Никогда больше не смей меня трогать! — Мои кулаки были сжаты так крепко, что, казалось, я готова была использовать кофейник как оружие, если потребуется. Оставалось только надеяться, что это не приведет меня обратно в тюрьму, хотя, с моей удачей, было бы весьма символично.
— Теперь я не смогу работать, — возмутился Томас, и я закатила глаза. — Я подам на вас в суд! — Томас указал пальцем на мисс Харпер. — Ты потеряешь все, а ты, — он перевел палец на меня, — Я вызову полицию, и тебя арестуют за нападение!
— Черта с два.
Это была явная самооборона, и ты это знаешь, — спокойно сказал мистер Лоран. Я даже не заметила, как они с мисс Харпер подошли ко мне. Я сделала шаг назад под тяжестью его внушительной ауры.
— Не вмешивайся, красавчик. Это тебя не касается, — прорычал Томас. — Ей место в тюрьме, откуда она и выбралась! — Он бросил на меня яростный взгляд. — Неудивительно, что никто не хочет иметь с тобой дело! — Крикнул он, и я поняла, что должна уйти.
Я бросила кофейник на стойку и рванула на кухню, заперевшись в ванной. Закрыв глаза, крепко схватилась за край раковины, сосредоточившись на контроле дыхания, в то время как боль в груди расползалась вверх и обвивала шею, как удав. Мое тело дрожало. Мне пришлось сделать десять глубоких вдохов, чтобы остановить дрожь. Я посмотрела в глаза своему отражению и выпрямила плечи. Я не буду плакать. Он того не стоит.
