– Господин Вейзель, – голос Оскара, хриплый, прерывистый, Дик узнал с трудом, – господин Савиньяк, я благодарен вам и желаю никогда не оказаться на… моем месте. Господин Дьегаррон, лично к вам я не испытываю ненависти. Ричард, я вам все сказал, и вы обещали… Монсеньор, я не проклинаю вас, потому что вы и так давно прокляты. Когда-нибудь вам воздастся за все. Я готов. Куда становиться?
– Вон туда. – Распоряжавшийся казнью Клаус Коннер указал в центр усыпанной гравием проплешины. После дождя здесь наверняка образовывалось что-то вроде озерца, но последний дождь давно прошел.
Савиньяк и Вейзель молчали и глядели в землю, они уже все сказали и сдались. Бонифаций буркнул что-то олларианское и отошел. Оскар остался один. Виконт был совершенно спокоен и даже не очень бледен, то ли сказалась жара, то ли выпитое вино. С дюжину адуанов вышли вперед и подняли тяжелые мушкеты.
Если Рокэ отменит казнь, то теперь. Дик украдкой бросил взгляд на Ворона – синие глаза были холодны и спокойны. Так Рокэ Алва смотрел в особняке Марианны, отобрав чужую любовь, и в заброшенном аббатстве, отобрав чужую жизнь.
Коннер подошел к Ворону. Он так и не выучился вести себя по-гвардейски. Мужлан остается мужланом, какую перевязь на него ни напяль!
– Монсеньор, стало быть… Готово все.
– Хорошо. Данной мне властью приказываю привести приговор в исполнение.
Лицо Феншо стало вдохновенным, он подался вперед:
– Друзья, делайте свое дело. Вы – солдаты, на вас крови не будет…"
"Сигнала Ричард Окделл не увидел, потому что зажмурился.
Грянул залп, и Ричард сжал кулаки так, что ногти впились в ладонь. Ничего не случилось, стрелки́ промахнулись. Они вообще стреляли в воздух…
– Наповал. – Голос Вейзеля показался незнакомым.
– Хоть в этом повезло, – пробормотал Савиньяк.
Ричард приоткрыл глаза, но увидел лишь серую землю и свой сапог.
– Ничего не оплакивайте, ибо все проистекает по воле Создателя – и весна, и осень, и жизнь, и смерть. Так проходит земная слава, так проходит земная любовь, так проходит земная ненависть…
Проклятье, этот пьяница когда-нибудь говорит собственными словами?!
Дик быстро просчитал до шестнадцати и взглянул туда, где стоял Оскар.
Бывший командующий авангардом лежал на спине, а рядом возились трое адуанов, что-то деловито отмеряя. Блеснуло, отразившись от лопаты, солнце, назойливо зажужжал огромный овод. Надо было подойти к Оскару, встать на колени и поцеловать в лоб, но ноги юноши приросли к земле.
