Корону получил Эрнани, последний из братьев Раканов.
Ни новый король, ни его народ не хотели жить возле подземелий с монстрами, и Эрнани перенес столицу в Кабитэлу, а сам, отрекшись от прежней веры и подвластных его роду сил, поклялся, что Раканы никогда не прикоснутся к родовым талисманам.
– Эрнани был прав, – покачала головой Катарина. – В наше время слишком многие готовы опираться на зло. Хорошо, что древние секреты сгинули навсегда.
– Человек, который записал легенду, думает, что Эрнани не осмелился уничтожить семейные реликвии, а может, не смог.
Они где-то спрятаны. Может, в Гальтаре, а может, и в новой столице."
"– К счастью для нас, они не могут быть здесь, – медленно произнесла королева. – Если б Раканы повелевали великими силами, Франциск Оллар их не победил бы. Будем надеяться, талисманы, где бы они ни были, пролежат там до скончания времен. Спасибо тебе, Дикон. Это самая страшная и самая красивая легенда из всех, которые я слышала. Представляешь, я чуть было в нее не поверила.
– Ваше величество…
– Катари, Дикон!
– Катари, ты думаешь, это ложь?
– Что касается герцогини и принца – нет, такое нельзя придумать, а вот все остальное… В Эсператии сказано, что нет силы аще не от Создателя, а Он не потерпит на земле Кэртианы мерзких тварей… И потом, в юности я увлекалась магией.
Мне так хотелось научиться менять мир к лучшему, но колдовство невозможно, Дикон. Даже самое простое. Людям не дано летать, и они с этим живут, иногда даже счастливо. Надо смириться и с тем, что колдовать нам тоже не дано.
Если б древние секреты и впрямь существовали, их бы снова открыли. Как гоганы ни хранили тайну бумаги и пороха, а монах-адрианианец их все равно разгадал; то же было бы и с магией, существуй она на самом деле.
2
На первый взгляд дела шли более чем неплохо, и его высокопреосвященство сам не понимал, почему в последнее время его раздражает все или почти все.
Кардинал чувствовал – он теряет бесценное время, а снизошедшее на Талиг затишье не к добру. Объяснить причину своего беспокойства Сильвестр не мог даже себе, не то что другим.
Говорят, неразумные твари чуют приближение землетрясений и пробуждение огнедышащих гор, чуют и уходят, а люди до последнего цепляются за свой скарб и гибнут под его обломками. Не так ли и он – чутье кричит об опасности, а кардинал Талига занят повседневной ерундой.
Сильвестр потребовал шадди, но пить не стал. Секретарь поставил поднос на стол и вышел. Дорак сидел, глядя, как над изящной чашечкой поднимается ароматный пар.
