Нужно найти Джульетту и узнать у нее обо всем, что произошло.
Когда зазвонил телефон Зарецкого, я едва не подпрыгнула от неожиданности. Из динамиков весьма дорогого мобильника, не лишенного, впрочем, царапин на корпусе, раздались грохот и скрежет, называемые тяжелой музыкой, и тотчас разнесся чей-то хриплый лай, то есть голос солиста.
В надежде, что это Зарецкий, я схватила телефон и прижала к уху, однако вместо собственного голоса услышала голос Шейка.
– Слушай, чувак, тут твоя девчонка…
На заднем плане тотчас послышалось возмущенное:
– Я не его!
– Какая девчонка? – не сразу поняла я.
– Настя. Какая еще? Приехала и ищет тебя. Мне кажется, она не в себе, – понизил голос Шейк, который, судя по звукам, сменил место дислокации – перешел в другую комнату. – Твоя Настя ничего не принимает, а?
У меня отлегло от сердца – мое драгоценное тело в относительной безопасности. Зарецкому хватило ума приехать туда, где было его тело. Аллилуйя.
– Никуда ее не отпускай, – велела я.
– Она никуда и не уйдет, – мрачно ответил Шейк.
– Сейчас буду.
– Между прочим, тот тип через пятнадцать минут и правда пошел на улицу для «разговора», – сообщил Шейк. – А ты ноги сделал. Ловко, конечно. Этот бугай был крайне зол.
– Плевать на бугая, – отозвалась я. Но встречаться с тем агрессивным типом не хотелось. – Николай, делаем так: я приеду и позвоню тебе. Скажешь, чтобы Настя вышла ко мне на улицу.
Произносить свое имя было необычно и даже как-то неловко. Но что я могла поделать?.
.
– Я, конечно, привык к тому, что ты командуешь, – отозвался задумчиво Шейк. – Но чтобы ты называл меня полным именем… Это звучит пугающе. Кстати, твоя девочка пиво хлещет – будь здоров.
Что-о-о? У меня едва не задергался глаз от возмущения. Нервная система Зарецкого выдала бурную реакцию, и от преизбытка эмоций захотелось бурно жестикулировать, но я ограничилась тем, что ударила себя по колену.
– Не разрешай этой скотине пить! – не выдержала я. Под «скотиной», естественно, подразумевался Ярослав.
Какого фига он спаивает мое тело?
– Как я ей не разрешу? Она взрослая девочка. И горячая, – загадочно добавил Шейк.
– Будешь к ней приставать – уничтожу, – пообещала я.
– По-моему, приятель, ты сам выпил лишнего, – скорбно заметил Шейк. – Ладно, жду. Забирай свою крошку. А я, так и быть, не стану рассказывать ей, что ты из-за нее плакал как девица.
Я выругалась, Шейк рассмеялся и повесил трубку.
Пришлось заново вызывать такси.
