Миллионы людей в этом мире мечтают быть хоть немного похожими на него. Тысячи детей вырастут гениальными спортсменами, вдохновляясь успехами своего звездного кумира. А скольких людей вы в этой жизни вдохновили на великие победы? А, Мистер Каллахан?
– Микки…
– Вы должны гордиться своим сыном!
Мелинда тихо всхлипнула, хватаясь за салфетку, а лицо Ричарда покрылось алыми пятнами.
Мне хотелось верить, что это краска стыда, а не гнева.
Я развернулась на каблуках, и мы с Дэйвом направились в сторону лестницы.
Стоило нам только подняться на второй этаж, как Дэйв припечатал меня к стене, удерживая за шею, и обрушился на меня с поцелуями.
Они были настолько отчаянными, что у меня разболелось сердце. В этих поцелуях было все – злость, страсть, обида, ненависть, благодарность…
Дэйв нуждался в том, чтобы поскорее освободиться от этих эмоций, и я позволила ему это сделать.
Когда язык Дэйва скользнул мне в рот, я тихо простонала и схватила его за футболку, притягивая к себе. Мои бедра напряглись, когда он с силой сжал мои ягодицы.
Я опустила руку между нами и провела ей по внушительной выпуклости в его штанах.
Дэйв зашипел и отпрянул.
– Блять, Микки, мой член сейчас отвалится! – его темные глаза светились от желания.
– Думаю, у меня есть кое-какие идеи, чтобы этого не допустить, – игриво подмигнула я, прикусывая нижнюю губу, и поманила его пальцем в спальню.
Глава 38
Целуясь как безумные, мы ворвались в мою спальню, и я с грохотом захлопнул дверь ногой. Наша обувь полетела в разные стороны, а следом за ней и дурацкие штаны Микки, которые раздражали меня весь вечер.
Затем она запрыгнула мне на руки, обвивая ногами тело, и я крепко сжал ее бедра.
Член уже покалывало от сладкого предвкушения.
Если я сейчас же не окажусь в ней, то спущу, как гребаный подросток.
Продолжая жадно целовать ее сладкие губы, я вытащил из заднего кармана джинсов несколько презервативов и швырнул их на прикроватный столик, но Микки лишь тихо рассмеялась.
– Они нам не понадобятся, Дэйв.
Я не ослышался?!
Твою мать!
Ее слова моментально сделали меня твердым, как камень.
Если она затеяла какую-то грязную игру, то я во что бы то ни стало выйду из нее победителем. В этот раз Микки не удастся от меня сбежать.
Я сел на кровать, продолжая удерживать Микки на себе, и сорвал с нее красную кофту. Затем рывком разорвал ее блузку. Пуговицы разлетелись в разные стороны и покатились по деревянному полу. Зрачки Микки расширились, и зеленые глаза потемнели от желания.
