Когда мы спустились на первый этаж, очарованная Дэйвом служанка радостно встретила нас и провела в столовую. Мистер и Миссис Каллахан уже сидели за огромным, уставленным блюдами столом и о чем-то тихо переговаривались.
Заметив нас, они тут же замолчали.
Ричард Каллахан встал из-за стола, чтобы нас поприветствовать, и, взглянув на его лицо, я до неприличия широко разинула рот от удивления.
Святое дерьмо.
На меня смотрел Дэйв из будущего.
Те же темные выразительные брови, изогнутые под плавным углом, те же высокие скулы и пронзительные темные глаза.
Лишь серебряная седина, проступавшая на висках, и сеточка морщин вокруг глаз выдавали его настоящий возраст. Он был таким же высоким, как Дэйв, и так же прямо держал спину. Дорогой синий костюм с жесткой линией плеча сидел на мужчине безукоризненно. Мистер Каллахан походил на величественного грифона, которому хотелось при встрече поклониться.
– Дэйв, – он едва заметно кивнул головой, и они обменялись короткими рукопожатиями.
Лицо Дэйва при этом не выражало никаких эмоций, но я-то знала, что парень неплохо умел их прятать.
Наконец, Мистер Каллахан перевел взгляд на меня и вежливо представился. Мое сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда мы обменивались рукопожатиями. Невероятная схожесть этих мужчин поражала.
Это не просто генетика, это долбаное клонирование!
Когда мы расселись за столом, Миссис Каллахан неожиданно объявила:
– Прочтем молитву.
Я облизала пересохшие от волнения губы и громко сглотнула.
К такому жизнь меня не готовила.
Нет, я верила в Бога и все такое… Но никогда в жизни не читала молитв перед едой, да и вообще… Заметив мое смятие, Дэйв подмигнул, как бы говоря: «Повторяй за мной», затем сплел свои пальцы и закрыл глаза.
Я повторила его действия. Мысленно попросила Господа помочь мне вернуть трофейную шайбу, а также сердечно поблагодарила Его за то, что в моей жизни появились Дэйв и Здоровяк.
– Теперь можно приступать к ужину, – монотонно произнесла Мелинда, передавая Ричарду свое пустое блюдо.
Ужин проходил в каком-то напряженном молчании. Что казалось мне странным, ведь по словам Дэйва он не виделся с родителями несколько лет. Миссис Каллахан периодически задавала ему какие-то вопросы, связанные с его здоровьем или проживанием в Чикаго, но ни разу не упомянула хоккей.
Дэйв отвечал ей сдержанно и спокойно, примерно тем же тоном, которым он обычно разговаривал с журналистами на послеигровых пресс-конференциях.
Все это было как-то грустно.
