– А поцеловать мою задницу ты не хочешь?
Я закрыла глаза, с силой сжимая гребаный телефон, и сделала глубокий вдох. В голове пронеслась мысль о том, что если я умру, то она даже не явится ко мне на похороны.
Меня затошнило."
"– Через час в Гайд-парке, – металлическим голосом произнесла я. – Буду ждать тебя в кафе напротив лютеранской школы. Если не придешь, то тебе придется подыскивать себе новое жилье.
Сбросив вызов, я сползла с кровати на пол и вытащила из ящика прикроватной тумбочки стеклянную банку с бугельным замком.
Мое сердце защемило от мысли, что эти деньги, которые достались мне с таким трудом, придется отдать каким-то проходимцам. Я знала все до единого пенни, хранящиеся в этой копилке, но все равно решила пересчитать.
Открыв крышку, я осторожно вытрусила всю мелочь на пол, а затем просунула руку в банку и осторожно приподняла вторую крышку, под которой находилась основная заначка. Мне пришлось прибегнуть к этой хитрости, чтобы Скотт или Эмбер ничего не пронюхали. Они периодически вытрушивали из нее мелочь, но у них так и не хватило ума обнаружить в банке второе дно.
– Микки!
Громкий голос Дэйва заставил меня подскочить на месте. Драгоценная банка едва не выскользнула из рук. Я почувствовала, как по спине стекает капелька пота.
– Ты когда-нибудь научишься стучать? – раздраженно спросила я, окидывая его взглядом.
Каллахан выглядел так, словно только что отснялся в какой-нибудь горячей рекламе для взрослых. Из одежды на нем были лишь низко сидящие синие джинсы, а на ногах – белые конверсы.
Короткие черные волосы были влажными после душа и слегка завивались на затылке. Когда он приблизился и сел на пол напротив меня, я уловила тонкий аромат кокосового масла.
– Что ты делаешь? – поинтересовался Дэйв, игнорируя мой вопрос. Он провел пальцем по разбросанным монеткам, и его брови комично сошлись на переносице. – Не думал, что мы тебе так мало платим.
– Ха-ха-ха, – я закатила глаза. – Это мои сбережения, умник.
– Ого. И на что собираешь?
Этот вопрос едва не лишил меня самообладания.
Я сглотнула болезненный ком в горле и вытащила со дна банки тонкую пачку стодолларовых купюр. Одна тысяча долларов. Даже в самые темные времена я не доставала из этой копилки ни единого цента.
Дэйв присвистнул.
– Я откладывала деньги на курсы по фотографии, – прочистив горло, тихо ответила я. – Знаешь, я ведь не собиралась всю жизнь мыть машины или пробивать товары на кассе в супермаркете…
– Хочешь стать фотографом?
– Думаю, да.
– Значит, станешь.
