— Помните карту? Твердыня и поселение находятся на одной линии, — он поставил две точки и провел между ними короткую прямую, — а излучина реки, у которой нас поймали — далеко справа, — он поставил точку сбоку от линии. — Раньяр от излучины до твердыни летел ночь, а нам, чтобы вернуться туда по пересеченной местности, понадобится не меньше пяти дней, а то и неделя, — а ведь там леса кишат наемниками, и нам от реки нужно еще дойти до прохода меж горами и дальше, по долинам, спуститься к Источнику. А от твердыни до поселения идти с вашей скоростью дня три максимум.
Но теперь, надеюсь, мы справимся быстрее.
К роднику они дошли скоро — ключ бил прямо среди ягодника из-под небольшой скалы и в сгустившихся сумерках был почти незаметен. Тротт, пока Алинка жадно глотала воду, а затем обрывала ягоды с щедрой полянки, не сидел без дела — покружил меж папоротников, к чему-то прислушиваясь, и под ее удивленным взглядом направился в высокие кусты. Там суматошно и зло кричали птицы. А через пару минут инляндец вышел, держа в руках несколько крупных яиц.
— Свежие. Вам нужно поесть. — Он протянул их Алине. — Придется сырыми. Не хочу зажигать костер, да и огонь добывать — только время терять.
— Я и слизняка сырым сейчас готова сжевать, — совершенно искренне призналась принцесса и показала сложенные лодочкой ладони — опять заполненные ягодами. — Дайте руку, лорд Макс. Будем меняться.
Он положил яйца — семь штук — на мох, и Алинка ссыпала ему почти всю оситшу. Взяла теплое яйцо в руку и спохватилась.
— А вы, профессор?
— Обойдусь пока.
— Он доел ягоды и, склонившись над родником, начал из пригоршни пить воду. Алина посмотрела на его спину.
— Вы целый день меня несли, лорд Макс. Вам они нужнее.
Тротт обернулся. Глаза его в сумерках уже начинали мерцать зеленым. Принцесса замерла — сейчас ведь точно съехидничает, — но он только хмыкнул и потянулся к своей добыче:
— Теперь я верю, что с вами все в порядке, раз вы начали спорить. Я возьму парочку. Остальное вам. Вам понадобятся силы, чтобы лететь.
Алинка, как раз стукнувшая одно яйцо о другое, чуть не подпрыгнула.
Тут же забылись все страхи, и холодный ком в душе исчез.
— Лететь?
— Вы оперились, Алина. Теперь точно встанете на крыло.
— А вы научите меня, да? Прямо сейчас?
— Да. Ешьте.
— А если я упаду?
— Не упадете. Устанете, конечно, но мышцы выдержат.
— А все-таки если?..
— Я не допущу этого. Не бойтесь. Удержу.
— И мы полетим ночью?
— Придется. Зато доберемся быстрее и меньше риск быть обнаруженными.
