— Я люблю тебя!
Богдана выбросило в Битцевский парк.
Точнее, это потом ему рассказали, где он оказался, а тогда, полуослепший, истекающий кровью, отчаянно сжимающий руками переполненную зеленым мраком голову, рыцарь как подкошенный рухнул на траву, не в силах даже кричать от разрывающей его боли. Прощальный поцелуй королевы выворачивал его наизнанку. Последняя энергия ушла на создание портала, и с ударом зеленой ведьмы приходилось бороться только телу командора войны — слабой оболочке из мышц, костей, сухожилий и нервов.
Оголенных, истерзанных, вопящих от ужаса нервов.
Богдан справился.
Выжил.
Выкарабкался из этого кошмара.
Могучий организм тренированного воина выдержал.
Сколько времени командор катался по траве тихого ночного парка, никто не знал, но он сумел прийти в себя. Шатаясь от слабости, чувствуя солоноватый вкус крови на губах и оглушающую пустоту в голове, Богдан побрел искать помощь, и вот тогда, среди замерших в ночном строю деревьев, он столкнулся лицом к лицу с набросившей боевую шкуру черной моряной.
Это был конец. Утешало одно — гибель от рук оборотня была меньшим позором, чем смерть, предложенная ему великим магистром. Рыцарь без сил прислонился к дереву — бороться с моряной он уже не мог — и гордо вскинул голову, готовясь принять смерть. Бестия сделала шаг, и Богдана окутал исходящий от нее запах спелых персиков. Черная моряна в боевой шкуре. Лунный свет причудливо играл на длинных когтях оборотня, отражался в блестящих шипах на хвосте и мощных острых рогах. Морда бестии была совсем близко, еще шаг, еще полшага, еще мгновение — и их глаза встретились.
Карие, миндалевидные — командора войны и ярко-зеленые, глубокосидящие — черной моряны. Они смотрели друг на друга, они смотрели в глаза друг другу. Сколько это продолжалось? Секунду, минуту, час? Последние силы оставили Богдана, но прежде, чем он потерял сознание, он сумел увидеть в зеленых глазах безжалостного монстра его душу.
Почему моряна не убила рыцаря?
Что разглядела Тапира в его глазах? Что промелькнуло у нее в мозгу? Что прорвалось через затуманенное жаждой убийства сознание оборотня? Все знали, что накинувшая боевую шкуру черная моряна не способна контролировать себя, не способна отдавать отчет в своих действиях и может только одно — жестоко и беспощадно убивать всех, кто попадется у нее на пути.
Не встанет, а именно попадется, ибо для черных морян не было чужих и своих. Они могли только убивать…
Но оказалось — могли и чувствовать.
Богдан очнулся через неделю.
