Нужно было обязательно повстречать одинокого мужчину, тогда девушка запросто могла бы заманить его в темное уединенное место, а там уж…
Но первый же встреченный мужчина, увидев ее, резко шарахнулся в сторону, да еще и толкнул так сильно, что она отлетела и упала на землю. Если бы она смогла увидеть себя в зеркале, то поняла бы, от чего шарахнулся встречный прохожий. Грязная куртка, растрепанные волосы, явственный запах помойки, потому что они днем спали в подвалах. И темные страшные глаза, и кроваво-красные губы…
Они без толку пробродили до рассвета и пришли в тот самый подвал, мучимые голодом.
Они готовы были уже выпить кровь какого-нибудь бездомного животного, но трехцветная кошка, увидев этих двоих, зашипела и выпрыгнула в окно, решив никогда больше не возвращаться в этот подозрительный подвал.
Девушке было плохо, но ее спутнику – еще хуже. Его бил озноб, ожоги на руках воспалились и горели огнем. Внезапно они услышали лай собаки и грозное мяуканье кошки.
Девушка выглянула из подвала и увидела, что та самая трехцветная кошка сидит на дереве, а внизу облаивает ее собачонка – небольшая, неизвестной породы, белая, с черными пятнами.
Уши свисали по сторонам, одно белое, другое – черное.
Муки голода стали нестерпимыми, и девушка осторожно вылезла в окошко. Собачонка прекратила лаять и неспешным шагом отправилась по переулку.
Занимался рассвет, небо быстро светлело, бледная луна собиралась на покой. Нужно было спешить, нужно было успеть утолить голод, пока не взошло солнце.
В переулке не было ни души, девушка почувствовала сзади присутствие своего брата по крови.
Собачонка, не проявляя признаков беспокойства, трусила впереди. Вот она завернула за угол, перебежала улицу и углубилась в проход между домами. Двое ее преследователей ускорили шаг – пора, удобный случай, там темно…
Они уже нагоняли собачонку, когда увидели впереди небольшой лесочек. А скорее всего, это был просто пустырь, поросший чахлыми деревцами. С одной стороны пустыря была ветка железной дороги, с другой – улица, третью огораживал глухой и высокий бетонный забор.
Оттуда, из-за деревьев, слышался стук топора. И еще негромкий человеческий голос.
Двое переглянулись – кажется, им улыбнулась удача, кажется, у них появилась жертва, и они смогут наконец утолить свой страшный голод… Они крались бесшумно, заходя с двух сторон, чтобы не дать человеку ускользнуть.
На полянке в дальнем конце пустыря возле забора были навалены только что срубленные молодые деревья.
