Ну, что медлишь? Начинай!
— Отдай мне арфиста, леди Ачрен, — задрожал от нетерпения Мэгг в то время, как Ффлевддур ощетинился и с вызовом уставился на него. — Отдай! — страстно повторил Главный Управитель. — Он под мою музыку запоет лучше, чем когда-то пел под свою арфу. Я его быстро прикончу.
— Попридержи язык, Мэгг! — прошипела Ачрен. — Они должны заговорить, прежде чем я покончу с ними.
Рука Гвидиона потянулась к рукояти черного меча.
— Только посмей тронуть хоть одного из моих спутников! — воскликнул он.
— Сделаешь это, и, клянусь, я уничтожу тебя, пусть это будет стоить мне жизни!
— И я клянусь! — отпрянула Ачрен — Попробуй тронуть меня, и девушка умрет! — Она вдруг успокоилась и тихо произнесла: — Что, так и будем стоять, Гвидион? Выбирай, или жизнь за жизнь, или же за смерть — смерть!
— Если они взяли мою игрушку, — сказала Эйлонви, прижимаясь к Ачрен, — пусть вернут се. Не годится золотому шару оставаться в руках каких-то незнакомцев.
Тарен непроизвольно ахнул, услышав слова Эйлонви.
Ачрен, внимательно следившая за всеми, быстро повернулась к нему.
— Это не радует тебя, Помощник Сторожа Свиньи? — усмехнулась она, — Тебе обидно, что она называет тебя незнакомцем? Для тебя это острый нож! Верно? Больнее, чем муки несчастного лохматого существа, совсем недавно катавшегося у твоих ног! Но это не выбить у нее из головы, пока я не прикажу. Хочешь все изменить? Тогда… Неужто какая-то золотая безделушка слишком высокая цена за это? Или книга заклинаний, которая вам все равно ни к чему?
Ачрен приблизилась к Тарену, вперив в него взгляд своих немигающих глаз.
Голос ее понизился до зловещего шепота. Слова ее, казалось, достигали не только его ушей, но проникали в самое сердце, падали камнем.
— Какая разница Помощнику Сторожа Свиньи, кто правит Придайном? Я или некто иной? Даже лорд Гвидион не в состоянии вернуть тебе ту, кто для тебя всего дороже. Своим упрямством он может лишь ускорить ее смерть. А я могу отдать тебе её жизнь.
Да, лишь я могу обещать тебе этот бесценный дар!
Она уже почти шептала ему на ухо, приникая к его груди."
"— И больше, гораздо больше, — лились ее слова, ядом обещаний отравляя сердце Тарена. — Со мной принцесса Эйлонви станет королевой. Но кто станет ее королем? Хочешь, чтобы я освободила ее от слова, данного этому безмозглому принцу? Да, да, Мэгг сказал мне о скорой ее свадьбе с сыном Руддлума.
Тарен отшатнулся, но Ачрен не отпускала его.
