И хотя было до того холодно, что пар клубами вылетал изо рта, спины их взмокли от горячего пота. Ветер пронизывал разгоряченные тела, проскальзывая в прорехи разорванных колючками плащей.
Деревья сдвигались все плотнее и плотнее. Лес густел. Дорога поднималась вверх, устремляясь на крутой склон холма. Тарену уже казалось, что Крошан с каждым их шагом прибавляет в весе. Его злобная, широко открытая пасть как бы усмехалась. Крошан медленно, но упорно вытягивал из них силы и словно бы перекачивал в себя. Неожиданно канат соскользнул с плеча Тарена, Котел упал.
Вместе с ним свалился на землю и обессилевший юноша. Потирая горевшее плечо, Тарен посмотрел на злобно ощерившийся Котел и покачал головой.
— Бесполезно, — выдохнул он. — Мы никогда не сможем пройти с ним сквозь лес. Нет смысла стараться.
— Ты говоришь как Гвистил, — заметила Эйлонви. — Если б я закрыла глаза, то ни за что бы не обнаружила разницу.
— Гвистил! — хмыкнул бард, уныло разглядывая покрытые волдырями ладони. — Я завидую этому парню, сидящему в своем кроличьем садке! Иногда мне кажется, что он очень правильно живет.
— Нас слишком мало, чтобы нести такой груз, — безнадежно махнул рукой Тарен. — Если бы у нас была еще одна лошадь или хотя бы еще одна пара рук. Мы только обманываем себя, надеясь дотащить Крошан до Каер Даллбен.
— Похоже на правду, — устало вздохнула Эйлонви. — Но я не знаю, что еще мы можем сделать, кроме того, чтобы продолжать обманывать себя дальше. И, возможно, дообманываемся до самого дома.
Тарен нарубил новых веток и вплел их в канат вместо измочаленных.
Он работал, но на сердце у него лежал камень потяжелее Крошана. И, когда они наконец одолели подъем, с трудом перетащили свой груз через холм и спустились в глубокую низину, Тарен почти в полном отчаянии опустился на землю. Перед ними, словно гигантская коричневая змея, извивалась беспокойная река.
Тарен мрачно поглядел на бурные воды реки, затем отвернулся.
— Я чувствую, что на нас лежит неумолимый рок. Нам никогда не донести Крошан до Каер Даллбен.
— Чепуха! — вскричала Эйлонви. — Если остановишься сейчас, тогда считай, ты действительно ли за что отдал брошь Адаона! Это хуже, чем надеть драгоценное ожерелье на шею вороне и помахать ей ручкой!"
"— Если я не ошибаюсь, — тихо сказал Ффлевдцур, — это должна быть река Теввин. Я когда-то пересекал ее, но севернее, там, где она берет свое начало. Удивительно, как много видят и узнают странствующие барды!
— Увы, нам твои сведения ни к чему, друг мой, — сказал Тарен.
