— Ты так ловко заманил Охотников, — обратилась она к Тарену, — так умело утопил их, что любо-дорого было смотреть.
— Отвратительные существа эти Охотники, — пробормотала Оргох. — Мерзкие, волосатые, злобные. Меня от них тошнит.
— Они неутомимы, — осмелел бард, — и, боюсь, не отстанут от вас.
— Верно. Вчера у нас здесь была их целая орава, — сказала Ордду. — Они всюду совали свой нос. Как и вы. Теперь вы понимаете, почему мы не собираемся делать исключения ни для кого?
— Мы ведь не делали исключения для тех, не так ли, Ордду? — спросила Орвен — Хотя тогда они превратились вовсе не в жаб.
— Помню, очень хорошо помню, дорогая, — недовольно проворчала первая колдунья, — Но тогда ты была Ордду и могла делать все, что тебе заблагорассудится. Но сегодня мой день, Ордду — я, и я сотворю то, что задумала.
— Это нечестно, — перебила ее Оргох. — Ты всегда хочешь быть Ордду. Мне доставалось быть Оргох три раза кряду, а ты была Оргох только один раз.
— Что поделаешь, сладость моя, — пропела Ордду, — всем нам не нравится быть Оргох.
Это не так приятно, согласись. Кстати, у тебя такое ужасное несварение желудка. Ты бы лучше обращала побольше внимания на то, что выбираешь поесть.
Тарен старался внимательно следить за перепалкой колдуний, но понял только одно — что окончательно запутался. Теперь он уже не мог разобрать, кто же из трех была по-настоящему Ордду, кто Оргох, а кто Орвен. Или все они были сразу и той, и другой, и третьей? Однако их неприязнь к Охотникам он сразу отметил, и это вселило в него хоть какую-то надежду.
— Если Охотники Аннувина ваши враги, — сказал он, — значит, мы с вами можем стать друзьями. Мы тоже боремся против них.
— Враги, друзья… Те становятся этими, а эти — теми, — пробормотала Оргох. — Поторопись, Ордду, и отведи их в сарай. Какое ужасно длинное утро выдалось сегодня! Я проголодалась.
— Ты жадное, прожорливое существо, — проворчала Ордду, вкрадчиво улыбаясь, однако, старой карге в капюшоне. — Вот еще одна причина, почему никто из нас не желает быть Оргох. Впрочем, если ты научишься держать себя в узде… Ладно, послушаем, что эти милые мышки хотят нам сказать.
Это должно быть забавным. Они такие очаровательные вкусняшки.
Ордду повернулась к Тарену.
— Теперь, мои утятки, — сказала она любезно, — объясните, как это вышло, что вы в таких неладах с Охотниками?
Тарен заколебался, опасаясь выдать план Гвидиона.
— Они напали на нас, — начал он осторожно.
— Конечно, они это сделали, мои бедные уточки, — ласково пропела Ордду.
