Русло реки, уже кое-где поросшее тонкими пихтами и купами ветвистой ольхи, вело их меж обрывистых берегов. Но через некоторое время берега понизились, и беглецов скрывали лишь редкие группы деревьев.
Хотя Мелинлас был еще свеж и не показывал усталости, другие лошади, как заметил Тарен, резко снизили скорость. Лохматый пони карлика Доли с трудом продирался сквозь невысокие кусты. Конь барда был взмыленным и тяжело дышал. Ислимах шла, низко опустив голову. Эллидир, отпустив поводья, не понукал ее. Лицо его было смертельно бледным, волосы слиплись, со лба тонкой струйкой стекала кровь.
Впрочем, и Тарен чувствовал усталость и не прочь был бы отдохнуть.
Как он догадывался, они продолжали идти на запад. Врата Ночи остались позади, и острых, иззубренных верхушек их уже не было видно. Поначалу Тарен надеялся, что Адаон сможет вновь вывести их на дорогу, по которой они шли с Гвидионом. Но в то же время он понимал, что они уклонились далеко в сторону и теперь уходили все дальше и дальше.
Адаон привел их к густой чаще и дал сигнал спешиться.
— Нам не стоит задерживаться здесь надолго, — предупредил он. — Пожалуй, не найдется ни одного укромного уголка, где бы Охотники Аровна нас не нашли.
— Тогда остановимся и встретим их! — закричал бард. — Ффлевддур Пламенный никогда не уклонялся от боя!
— Да, да! Гурджи встретит их тоже! — залопотал Гурджи, хотя он, казалось, был не в состоянии шевельнуть ни рукой, ни ногой.
— Мы дадим отпор, если потребуется, — сказал Адаон. — Но сейчас они стали сильнее, и они не устают так быстро, как мы.
— Нельзя быть трусливыми зайцами! — взволновалась Эйлонви. — Надо дать им бой сейчас же! Как же мы будем выглядеть перед Гвидионом? Неужто позволим им гнать нас, как затравленного зверя? Или вы так сильно боитесь их, что готовы отступать, поджав хвосты?
— Я не боюсь их, — сказал Тарен, — но нет и бесчестья в том, чтобы избегать открытого боя. Сам Гвидион поступил бы так же.
— Помолчал бы! — не сдавалась Эйлонви. — Если вы считаете, что, удирая, сберегаете свою честь, то хотя бы позаботьтесь отыскать дорогу в Каер Кадарн.
Издали послышался протяжный, переливистый крик. Ему ответил другой голос. Потом еще один.
— Что это? — спросил Тарен. — Не собираются ли они прекратить погоню? Значит, мы избавились от них?
Адаон в сомнении покачал головой:
— Не уверен. Не стали бы они нас так долго и далеко преследовать, чтобы позволить уйти. — Он решительно натянул поводья Ллуагор.
