При нашем появлении мужчины поднялись. Князь смерил меня внимательным взглядом. Интересно, понял ли он? Пожалуй, я не хочу этого знать. Спокойней жить будет.
— Надеюсь, беседа оказалась полезной? — спросил он.
— Очень. Редко встретишь даму с таким острым умом и щедрым сердцем.
— Ты мне льстишь, — улыбнулась Анастасия.
— Нисколько. Я почувствовала себя… как бы это сказать… не такой одинокой в новых обстоятельствах. — По лицу Стрельцова пробежала тень, и я торопливо добавила: — Конечно, граф Стрельцов очень мне помогает, и Марья Алексеевна — чистое золото.
Но иногда нужен не совет мудрого наставника, а понимание от ровесницы. Человека, который смотрит на мир теми же глазами, что и ты. Анастасия Павловна…
— Настя, — поправила меня она. — Для тебя я — Настя.
Князь едва заметно приподнял бровь, услышав это, да и Стрельцов явно удивился. Настя тоже это увиидела.
— Бывает так, что встречаешь едва знакомого человека и находишь родственную душу. — Она обернулась ко мне. — Глаша, заезжай к нам почаще.
Думаю, вдвоем нам обеим будет проще разбираться с благословением.
— Постараюсь. И ты заглядывай, и дочку привози, она чудесная. Спасибо тебе за все. И вам, ваше сиятельство.
Когда Стрельцов помогал мне сесть в коляску, рука его была такой же уверенной и твердой, как и парой часов раньше — но в этот раз не я торопливо отдернула пальцы, а он убрал руку, едва почувствовав, что мне больше не нужна опора. Забравшись на коня, он не придержал его рядом со мной, как когда мы ехали сюда — даже когда я дулась, — а двинул чуть вперед и вправо, так что я видела только идеально прямую спину.
Образцовый представитель власти сопровождает даму. Или подозреваемую.
Что опять неладно? Как же мне надоели эти вечные размолвки на ровном месте! Вот возьму и тоже надуюсь!
А может быть, мне пора вспомнить, что я взрослая женщина? И умею разговаривать словами через рот?
— Кирилл Аркадьевич! — Я чуть подалась вперед. — Мне кажется, вас что-то расстроило.
Я могу помочь?
Он посмотрел мне в глаза.
— На самом деле ничего, о чем стоило бы беспокоиться. Просто я в который раз убедился, что совершенно не понимаю дам.
— Вы говорили, что умеете слушать, — осторожно заметила я. Тут же вспомнила, что бросила ему в ответ «не умеете чувствовать», и залилась краской.
Но он не стал припоминать мне это.
— Сейчас я в этом не так уверен. — Он помолчал. — Сильнее, чем сейчас, я был озадачен только один раз.
