Глаза Ло Сяньсянь были плотно закрыты. Сумасшедший человек раздраженно рассмеялся и сказал хриплым голосом:
— Я не собираюсь выкалывать их! Думаешь, я не смогу выколоть твои глаза, если ты их закроешь?!
Ло Сяньсянь могла только повиноваться и открыть свои большие круглые глаза. Ее длинные мягкие ресницы дрожали, и крупные капли слез стекали по щекам. Каким-то образом ее испуганное и жалкое выражение лица обрадовало молодого человека. Он вдруг отпустил руку, сжимающую ее щеки, и нежно погладил ее по голове.
Мужчина пристально посмотрел ей в глаза, и на мгновение печальная улыбка тронула уголки его губ.
Он сказал:
— В Линьи есть великий герой, в двадцать сердцем уже мертвец.
Затем повернулся, и исчез в темноте.
Только беспорядок, оставшийся на земле, указывал на то, что этот вымазанный в крови страшный человек был здесь этой глубокой ночью.
Глава 20. Этот достопочтенный расскажет вам продолжение истории
На следующее утро семья Чэнь вернулась от своих родственников. Они увидели, что мандариновое дерево срублено, а раздавленные плоды разбросаны по земле.
Вокруг было не так много домов, и только семья Ло жила по соседству. Они вспомнили, как Ло Сяньсянь жадно смотрела на мандарины, и сразу же пришли к выводу, что это она поломала дерево, пытаясь добраться до плодов. И ведь не только украла, чтобы съесть, а из зависти порубила все дерево!
Семья Чэнь немедленно отправилась к господину Ло с обвинениями. Тот не мог справиться с таким унижением — он быстро позвал свою дочь и сердито допросил ее.
Ло Сяньсянь плакала, доказывая, что это не она ломала и рубила дерево, а потом раскидала все вокруг.
Но потом ее спросили, а ела ли она мандарины. Ло Сяньсянь не умела лгать, она могла только признать свою вину."
"Прежде чем она успела что-либо объяснить, рассерженный отец приказал ей опуститься на колени. Он наказал ее прутом перед семьей Чэнь. Бил, приговаривая:
— Воспитание девочек должно быть строже, чем воспитание мальчиков! Как ты могла совершить такой отвратительный поступок в таком юном возрасте! Это позор для твоего отца! В наказание тебе сегодня не дадут есть.
Будешь стоять три дня лицом к стене и каяться в содеянном.
— Папа, это не я! Это действительно была не я!
— Смеешь перечить мне!
И никто ей не поверил. Жители этого городка всегда были скромны и честны, никто не запирал двери на ночь. Сказать, что сумасшедший, покрытый кровью, появился посреди ночи? Да кто в это поверит?
Кожа на руках Ло Сяньсянь была содрана, а руки кровоточили от ударов.
