Если кому и должен Меринг, то ему в первую очередь. А про характер сказать мне трудно. Арендатор Лаврского завода! Это же какое доверие человеку. Там кого попало не поставят. Такие вопросы решаются лично высокопреосвященнейшим Иоанникием, митрополитом Киевским и Галицким, священноархимандритом Лавры."
"В придыхании, с каким околоточный произносил титулы, Лыкову почудилось тоже что-то наигранное, неестественное. Хотя тут есть объяснение: татарин крестился, это может быть восторг неофита…
Алексей Николаевич поблагодарил надзирателя за справку и ушел.
Он решил пока не рассказывать ему ни про Яшку Гицеля, ни про подлинные причины интереса к Арешникову. Киевское начальство не просто так приставило к столичному чиновнику своего лучшего сыщика. Задача у него — надзор за гостем, это понятно. Надворный советник поэтому хотел обсудить новые сведения со вторым надзирателем отделения, Красовским.
Глава 7. Красовский
Найти Николая Александровича оказалось легко, он сидел в столе регистрации и что-то записывал.
А вот как поговорить без свидетелей? Улучив момент, Лыков глазами показал ему: выйдите. В коридоре никого не было, и питерец шепнул:
— Где и когда мы можем увидеться?
— Шесть часов, Львовская площадь, трактир «Волынь».
Надворный советник кивнул и побежал вниз по лестнице. Вдруг сверху его окликнули:
— Алексей Николаевич!
Это оказался Асланов.
— Слушаю, Спиридон Федорович.
— Безшкурный просится в губернскую тюрьму. Вы не против?
— А вам как удобнее?
— Мне удобнее согласиться.
Переведем «ивана» туда, ему начнут с воли письма писать. А я буду их читать. Есть там у меня для этого людишки.
— Ох и ловкий вы, Спиридон Федорович!
— Тем и живем, — ответил околоточный и убежал наверх.
Лыков не спеша пообедал, прилег в номере на диван. Обдумал снова и снова полученные сведения. Асланов действительно ловкий человек, и он на своем месте. Но, если верить интуиции, больше доверия вызывает Красовский. Надо, не сталкивая лбами двух околоточных, использовать их обоих.
И перепроверять слова одного через другого.
На всякий случай сыщик принял меры. Поблизости от гостиницы, на Театральной, было огромное здание управления Юго-Западных железных дорог. Алексей Николаевич зашел туда, проверяясь по пути. «Хвоста» он не заметил, но это еще ни о чем не говорило. Побродив по коридорам, питерец разглядел из окна подозрительную фигуру напротив входа. Человек стоял за тумбой и будто бы читал афишу.
