— Я не совсем штатский. Анну с мечами второй степени кому попало не дают.
— У вас шейная Анна с мечами?! Но за что? Я хоть и генерал-майор, но такой не имею.
— Мы с Виктором участвовали в секретной экспедиции Военного министерства в труднодоступном районе Дагестана. Ловили турецких шпионов. В виде исключения меня наградили боевым орденом.
— Тогда извиняюсь за клеенку.
Колонна сначала шла вдоль Днепра. Миновала Китаевскую пустынь и повернула к югу. Через пять верст намечался привал. Сыщик гарцевал в группе офицеров.
Время от времени он пропускал отряд мимо себя и всматривался назад. И вскоре заметил одинокий экипаж. Пароконные дрожки двигались на отдалении, стараясь не сближаться с военными. Сыщик выпросил у саперов бинокль и смог опознать преследователей. Это были те самые люди в черных костюмах, что приходили в гостиницу.
Алексей Николаевич пришпорил коня и нагнал Маврина. Тот живо поинтересовался:
— Ну, есть?
— Есть, Алексей Алексеевич. Плетутся в трехстах саженях позади. Их сразу не видно из-за пыли.
— Точно ваши приятели?
— Точно. Я узнал трактирщика Дудку.
— Что ж, тем хуже для них. Действуем по плану. Поручик Шелофостов, ко мне!
Подлетел смуглый ловкий офицер, начальник охотничьей команды[59] саперной бригады.
— Рассыпьте ваших людей. Мы с надворным советником встанем вон за теми кустами.
Два десятка разведчиков укрылись в зарослях по обеим сторонам дороги. Через четверть часа дрожки с бандитами поравнялись с засадой. Свисток — и экипаж был захвачен.
Когда сыщик подошел к пленным, трактирщик спорил с офицером.
Но увидел Лыкова и сразу замолчал.
— Что, Аким, не ждал? Здорово. Ты ловил меня, а поймал я тебя.
— Не збагну, про що ви, ваше високоблагородіє, — спокойно ответил маз. — Ми їдемо у торгових справах, поспішаємо. Нікого не кривдили, тут солдати налетіли. В чому справа?
— Всем выйти и встать в ряд, — скомандовал сыщик. Кто-то из блатных замешкался и тут же получил банку в спину.
Надворный советник всмотрелся в извозчика, и присоединил его к бандитам.
Явно поздник![60] Потом прошелся вдоль шеренги. Остановился возле белобрысого верзилы, принюхался.
— Алексей Алексеевич, у этого руки пахнут керосином. Фуфер![61] Он и кинул ту бутылку, сволочь.
Подскочил Маврин, наклонился, втянул носом воздух и матерно выругался.
— И детей не пожалел, тварь!
Он наотмашь ударил фартового по лицу. Тот даже не покачнулся.
— Ну-ка вывернули карманы, — приказал сыщик.
Уголовные покосились на окруживших их солдат.
