Водитель за рулем был очень грамотный, настоящий профессионал, сразу просек, что произошло, смог скинуть скорость и произвести принудительное столкновение с деревом, остановив машину. Так что спасибо тебе от всех нас, неизвестно, удалось ли бы нам справиться так же лихо, как им. У мужиков дорога почти свободная была, а мы шли по плотно загруженной трассе.
– Я не знаю, как это все получилось… – честно призналась Клавдия.
– Главное, что получилось и ты смогла объяснить и донести свои страхи до меня, – перебил ее Матвей.
– Да, – согласилась Клавдия, – наверное, это самое главное. И то, что все живы.
– Ладно, Клав, – поспешил закончить разговор Ладожский, – пойду я, лечь надо, а то меня конкретно рубит.
– Тебя там не мобилизовали? – спросила она шутливым тоном.
– Нет, – вяло хмыкнул Матвей, – не подошел по возрасту. Да и госзаказ у нас, работать надо. – Он помолчал и добавил: – Много и усердно работать, раз вписались в эту тему.
– Мы увидимся? – спросила торопливо Клава, чувствуя, что он просто сейчас прервет разговор."
"– Ты подумала над моим предложением? – задал он встречный вопрос.
– Это что, ультиматум? – вспыхнула мгновенным раздражением Клавдия. – Типа: подумала – встретимся, не подумала – не встретимся? Когда надумаешь, тогда и поговорим?
– Клав, – безмерно уставшим и окончательно измученным голосом произнес Матвей, – я не способен сейчас что-то обсуждать и о чем-то спорить.
Извини. – И торопливо попрощался: – Все. Пока.
И прервал разговор.
– Да и ладно! – Она швырнула в сердцах на стол свой смартфон, сопроводив тот громким ворчанием: – Не может он!
И тут же осеклась, подумав о бабушке и Пашке, которые могли слышать весь их разговор и ее осерчавшие высказывания. И расслабленно выдохнула, вспомнив, что Пашка на конюшне со своим любимым Григом, а бабушка гуляет с Бобчиком и Раисой Романовной.
Отлично!
Меньше всего Клавдии хотелось бы с кем-то сейчас обсуждать их разговор с Матвеем, особенно принудительно-вынужденно обсуждать, а это обязательно бы произошло, будь Софья Михайловна дома.
Уж она-то дивным образом всегда умудряется слышать все, что Клавдия и Пашка предпочли бы от нее утаить, сохраняя свои сугубо личные секреты, и не слышать то, что посчитала совершенно себе ненужным. «Избирательный» такой слух у Софьи Михайловны.
