Любовь была безумной игрой для дураков, а Серафина была кем угодно, но только не дурой.
— Она мне нравится.
Адамо посмотрел на меня почти с надеждой. Интересно, когда наш мир избавит его от последних клочков невинности?
— Адамо, — резко сказал я. — Я похитил ее, чтобы благодаря неё я мог отомстить наряду. Она не останется, так что не привязывайся.
Он пожал плечами. Вздохнув, я коснулся его головы и ушёл.
О, Серафина.
Я направился к своему крылу, но вместо того, чтобы продолжить путь в свою комнату, остановился перед дверью Серафины.
Я знал, что Данте согласится отдать мне Скудери в любой день.
Я отпер дверь и вошел. Серафина лежала на боку и читала книгу. Когда я закрыл дверь, она положила ее, прежде чем я подошёл к ней.
Она нахмурилась.
— Только потому, что я однажды переспала с тобой….
— Дважды, — поправил я.
— То, что я спала с тобой дважды, не значит, что я буду спать с тобой, когда тебе захочется.
Я опустился рядом с ней.
— Неужели это так?
Я провел кончиками пальцев по ее обнаженной руке.
По коже побежали мурашки.
— Мне слишком больно. Думаю, в прошлый раз было слишком, — призналась она, ее щеки порозовели.
Мои пальцы остановились на ее ключице.
— Тебе нужно показаться врачу?
— Все не так плохо. — она зажмурила глаза немного. — Ты беспокоишься за меня?
Игнорируя ее вопрос, я сказал.
— Я не пришел в любом случае для секса.
— Тогда зачем ты пришёл?
Если бы я только знал. Я снял кобуру с пистолетом и ножом и бросил ее на пол рядом с кроватью, прежде чем растянуться рядом с ней и подпер голову рукой.
— Только не говори, что пришел обниматься, — сказала она.
Мой рот дернулся.
— Я никогда не обнимался с девушкой.
— Сегодня ты это сделал.
Я обдумал это. Я держал ее в постели после секса, смотрел, как она спит в моих объятиях.
— Я сделал это только для того, чтобы убедиться, что ты не захлебнешься в жалости к себе.
— Конечно, — пробормотала она. — Ты сказал, что никогда не обнимался с девушкой. У тебя есть привычка обниматься с мужчинами?
Я усмехнулся и запустил руку ей в волосы.
Она слегка наклонилась к ней. Я не был уверен, что она заметила."
"— Я больше не обнимаюсь. — когда она вопросительно подняла бровь, я продолжил. — Я обнимался с Адамо и Савио, когда они были совсем маленькими.
Она сморщила нос.
— Прости. Я не могу это представить. Учитывая, какими утомительными могут быть маленькие дети, я удивлена, что ты не убил их.
Мои пальцы дернулись, но я сдержал гнев.
— Они мои братья, моя плоть и кровь.
