Йен внимательно всмотрелся в ее лицо, и она вдруг усомнилась, так ли уж он пьян на самом деле. Может быть, это все притворство? Казалось, он мог читать в ее душе. И в эти минуты он казался очень мудрым.
— Вы знаете, что я имею в виду, леди… Кригэн, — сказал он тихо.
— Йен, — неуверенно начала Мартиса.
Он встал и поставил бутылку на могильную плиту.
— Мэри, давай выпьем за нас, — сказал он, обращаясь к гробу. Потом повернулся к гробам, стоящим дальше. — И за тебя, мама. Мартиса, здесь лежит моя мама, я вам показывал ее могилу? Она была урожденной Кригэн, поэтому она покоится здесь.
— Он стрельнул глазами в сторону Мартисы и улыбнулся. — А теперь, Мартиса, вы тоже будете покоиться здесь. Покоиться с Кригэнами. Спать вечным сном."
"Мартисе вдруг стало страшно. Она вскочила. Она сама не понимала, зачем пришла сюда одна, ее ведь столько раз предостерегали. Йен подошел к ней и вдруг очень крепко схватил за плечи. Обдавая ее горячим дыханием с запахом виски, он настойчиво прошептал:
— Мартиса, здесь еще много коридоров, вы об этом знали? Эти стены должны быть пронизаны коридорами.
Коридоры проложили лэрды Кригэна. Чтобы укрывать королевских особ, католиков, а иногда священников и мало ли еще кого. Не сомневайтесь, лэрды знают о своих коридорах. Потому что иногда мужчины ступали по тем ступеням не ради чести. Воистину это место смерти! Пойдемте со мной, Мартиса, пойдемте со мной, помогите мне их открыть. Пойдемте со мной еще глубже, в самое чрево замка. Леди, правда должна быть установлена!
— Йен, отпустите меня! — потребовала Мартиса.
По-прежнему крепко держа ее за плечи, он замотал головой и добавил еще тише, еще более настойчивым шепотом:
— Вы не понимаете, восходит полная луна! Это должно быть сейчас!
— Нет, Йен, нет! Вы должны меня отпустить!
— Но, Мартиса…
— Мартиса! — прогремел другой голос.
Глубокий и низкий, он, казалось, заполнил собой пространство склепа.
За ней шел Брайан. Мартиса слышала его шаги по каменному полу. Большие решительные шаги. Йен устало уронил руки с ее плеч.
Огонь в его глазах потух, он повернулся, сел на прежнее место на могильной плите и снова взял бутылку с виски.
Появился Брайан. Высокий, темный, внушительный, он вырос в арочном проходе, только его глаза сверкали в полумраке. Мартиса хотела подойти к нему, но она не пошла, а бросилась, подбежала к нему, вся дрожа. Он привлек ее к себе и прижал к своей теплой сильной груди.
— Йен, что ты тут делаешь? — спросил он.
Йен засмеялся.
— Напиваюсь.
