Видимо мозг не спешит подавать импульс на отмену.
Пиздец!
До меня наконец доходит, что это вовсе не сон, и я сталкиваю со своих колен малолетнюю шлюшку:
— Алена, блядь! Ты вообще в своем уме? — грохочу. — Оденься!
Она будто в трансе, снова напирает на меня. Поднимает голову на уровень мои широко разведенных бедер и прикусывает губку:
— Вы ведь собирались делать что-то с моим ртом, — поднимает свои голубые глазки мне в глаза. — Я к вашим услугам.
У меня растет внутричерепное давление, когда ее предложение невольно преобразовывается в реалистичные картинки в моей голове:
— Да я тебя и пальцем не трону! — рычу я, отмахиваясь от дурацких фантазий.
— Ну так уже ведь тронули, — она невинно пожимает острыми плечиками. — Что вам теперь мешает продолжить?
Ловит мою ладонь и смело кладет на свою красивую грудь с напряженным сосочком.
Долгие секунды наблюдаю за чарующим зрелищем как завороженный. Пальцы сами собой слегка сжимают упругую плоть…
Какого хера я творю?!
Отшатываюсь, одергивая руку, словно от огня:
— Блядь, я просто пьян! И я думал, что это Вика! К тебе бы не прикоснулся!
— Но ведь сегодня моя первая брачная ночь, а не ее, — девчонка вырисовывает узоры на моем обнаженном торсе своими тонкими пальчиками.
Ее мягкая грудь упирается в мой пах. И это нихуя мне не на руку. А еще пьяные мозги и этот гребанный лунный свет, который пудрит мне мозги.
Она как какая-то проклятая нимфа. Я не могу отвести взгляд от ее светящейся в лунном свете кожи. Будто залип.
Чувствую ее пальцы на своем ремне.
Мягкие губы на груди. Они плавно спускаются вниз к моим брюкам, и я понимаю, что это нужно срочно остановить, пока все не зашло слишком далеко. Но будто не могу пошевелиться. Она как сладкий сон — не отпускает меня.
Должно быть все дело в том, что днем у меня обломался секс, и теперь я чересчур перевозбужденый. И пьяный. Пиздец, насколько пьяный. Надо что-то с этим делать, пока не наворотил херни…
Зарываюсь пальцами в ее мягкие волосы. И тяну ее бестолковую головку к своему лицу:
— Малыш, тебе не говорили, что нельзя так играться со взрослыми дядями?
Взгляд то и дело спадает к ее блядским губам.
Провожу по ним пальцем, и они призывно размыкаются.
Может немного поиграть с ней? Сама ведь так и просится на член. В конце концов, если остальным можно, почему я должен отказываться? Она ведь моя законная жена теперь.
Пропихиваю палец в ее податливый рот. Пухлые губки смыкаются, и принимаются посасывать мою плоть.
