Ах, вот оно что! Бедненький, слабовольный «кудрявый повеса»! Надо же, он, влюбленный в одну девчонку, вовсе не желал заводить никаких романов с другой – его коварно соблазнили! Теперь-то я точно знаю – он не только целовался с Ольгой – они были любовниками! Настоящими любовниками! Это он только со мной церемонится, строит из себя скромника, делает вид, что боится прикоснуться ко мне, а с ней… Сам ведь признался, что с Ольгой все было по-другому… Господи, и зачем я только сунулась со своими вопросами? Лучше бы мне ничего не знать!
Я всеми силами старалась скрыть охватившую меня досаду, пыталась придать своей физиономии беспечный вид, чтобы он не подумал, что меня расстроили его откровения.
Еще чего! Пусть он даже не догадывается о том, как мне плохо, и пусть никогда – Боже избави! – никогда не узнает о том, как я завидую Ольге."
"– Ну, что ты надулась! – Джон с робкой, смущенной улыбкой смотрел на меня. – Ведь ты тоже все это время не была одна, верно? – (Сравнил!!) – Я не хочу ничего знать о твоих прошлых увлечениях, но меня очень волнует твое теперешнее отношение ко мне… Что же касается меня, то здесь все очень серьезно.
Понимаешь, я просто не представляю в дальнейшем своей жизни без тебя. Конечно, я не имею в виду сегодня или завтра, а говорю о том уже недалеком будущем, когда мы оба будем свободными. И еще… Пожалуйста, выслушай меня до конца. Если… Если ты тоже любишь меня, – по-моему, ничто не может стать для нас преградой. А я обещаю тебе сделать нашу жизнь такой, чтобы ты ни на секунду не раскаивалась в случившемся.
У меня больно сжалось сердце, недавней досады как не бывало. Ну, почему, зачем так все устроено в жизни, что я должна опять огорчить тебя, Джон. Ведь ты, как в свое время и Роберт, строя радужные планы на будущее, не учел главного – того, что я-то не вижу, не представляю для себя этого будущего без моей России. Разве можешь ты создать такую жизнь, при которой я забыла бы о ней, о моей Родине, хотя бы на минуту? Конечно нет. Могучая и непобедимая, пожженная и разрушенная, она властно зовет меня к себе, и я никогда, слышишь, Джонни, никогда не соглашусь променять ее на какую бы то ни было привольную и красивую жизнь.
Никогда. К сожалению, даже с тобой. У нас разные дороги и разные судьбы, Джон. Постарайся понять это и прости меня.
Так или примерно так ответила я Джону. Я говорила и едва сдерживала слезы. Будет ли испорчена его жизнь – это еще под вопросом, а вот что касается моей – тут все ясно.
