Ольга, сидя на скамье между Томасом и Фрэнком, откровенно игнорировала нас с Верой, оживленно болтала то с одним, то с другим, громко, неестественно хохотала. Янек попробовал было играть на губной гармошке, но танцевать никто не выходил. Джон выглядел непривычно угрюмым, поздоровался как-то слишком сухо и сразу отошел в сторону. А вскоре, к моему величайшему недоумению и досаде, ушел совсем.
Что произошло? Я терялась в догадках. Неужели причиной – присутствие Ольги, ее вызывающее поведение? А быть может, получил неприятное известие из дома? Но почему же тогда ничего не сказал, не поделился своей тревогой? Я попыталась осторожно выведать о нем у «бабци», но та ничего не знала и была тоже немало удивлена его столь странным поведением.
Примерно минут через сорок мы с Верой, чувствуя себя совершенно не у места, решили, несмотря на дружные уговоры Янека, Вацлава и Джорджа, идти домой и в дверях неожиданно столкнулись с Джоном. Ворот его шинели и верх пилотки были густо усеяны капельками измороси.
Я поняла, что он вышел одеться и что затем долго ходил по улице, по-видимому поджидая кого-то. Кого же?
– Ты сейчас к себе домой, в Литтчено, или еще зайдешь к ним? – бесцеремонно и как-то излишне резко спросил он Веру, кивнув при слове «к ним» на меня.
– Домой, – пролепетала Вера, хотя буквально десять минут назад мы договорились с ней, что пойдем сейчас к нам и часов до восьми поиграем в карты с Джованни и Кончиттой, которые наверняка уже давно торчат у нас.
– Тогда я вас провожу, – тоном, не терпящим возражений, заявил Джон и, не дожидаясь ответа, крепко взял обеих под руки. Чтобы не напороться на Квашника, пошли по тропинке через поле. Настроение нашего провожатого передалось и нам, и мы чувствовали себя скованно. Джон угрюмо отмалчивался, а мы с Верой принялись что-то болтать о погоде – мол, какая она дрянная и мерзкая и когда же наконец наступят морозы. У переезда распрощались с Верой (я почувствовала, как она облегченно вздохнула) и дальнейший путь продолжили вдвоем.
– Джонни, у тебя что-то случилось? – как можно участливей спросила я, едва мы остались одни.
– У меня – нет. У меня все в порядке, – ответил он, странно хмыкнув и упирая на слово «у меня». – Мне кажется, что как раз наоборот – это именно у тебя что-то произошло.
Сплошные загадки.
– Я не понимаю тебя. Объясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду.
– Изволь.
